Теперь знаю, что долгие браки держатся на женском терпении, как на фундаменте.
— Дьявол нас искушает, но спасение внутри каждого. Ты взяла билеты домой? Только не говори, что на все лето в Москве останешься! Папа не переживет. Мы так ждем тебя, милая.
Улыбаюсь — меня ждут. Мама между тем продолжает:
— У нас, кстати, новости есть! Наша Женя беременна.
— Поздравляю! Классно.
Женя — супруга моего старшего брата.
— Да, мы так счастливы! Дима просил тебе не говорить, сам расскажет. Так что сделай вид, будто не знаешь.
Алин, и я тоже.
На мгновение теряю дар речи.
— О. Ты? Мамуля, вот это да! Значит, у вас все хорошо с папой? Помирились?
— Да, ребеночек не в первый раз сплотит наш брак и поможет пережить то, что случилось. Мужчина всегда возвращается к чистой женщине, а грязные остаются в своем болоте. Это наша семейная мудрость.
Это будет девятый. Девятый ребенок. Я вторая. Сколько еще спасений понадобится? Родителям всего по сорок. Мама продолжает:
— Мы уже решили, что ремонт сделаем! С Женей сроки почти совпадают, представляешь? Дай бог, все сложится.
Так тебя не хватает, милая. Ты моя умничка, когда жила с нами — я же горя не знала! Малыши присмотрены, обед приготовлен. Но у каждого свой путь, я только за образование. Тем более учеба бесплатная.
— Да. Верно.
— Вот и Дима! Да сказала я ей, сказала! — смеется мама. — Держи трубку.
— Але, систер! — Веселый голос брата заставляет приятно сжаться сердце.
Я обожаю этого парня!
— Ничего не знаю! Ничего не вижу! Ничего никому не скажу! — тараторю и хохочу.
— Поздравляю, Дим! Какие новости! Я рада, что у вас наладилось.
— Ага, пока ты там дурью маешься, мы занимаемся тем, чем положено в нашей запрещенной общине: разводим детей, как кроликов.
— Нас опять запрещают?
— Да, Клюев судится. Когда ты уже диплом получишь и распустишь нас всех? Мам, да я шучу! Ну что ты так сразу близко к сердцу! Алина, когда приезжаешь? Сейчас, погоди. Выйду на улицу.
— Не знаю. У нас тут практика...
— Мамка тоже в положении, ты в курсе?
До меня доносятся звуки улицы.
Щелчок зажигалки. В общине курить нельзя, но брата терпят, потому что он хорошо зарабатывает.
Дима чуть понижает голос:
— С деньгами не очень, мы на кредит еле наскребаем. Суды эти еще...
— С Виолой у тебя всё? Вы расстались?
Виола — большая любовь Димы, они поссорились, и он выбрал Женю, но связь оборвать так и не смог.
Дима молчит.
— Только не говори, что она тоже беременна!
— Да нет же! Я думал уехать. Теперь не знаю, придется оставаться с Женей.
