— Я уже не Леха Белый, Павел Евгеньевич? — спросил капитан.
— Нет, достаточно с тебя этой дури, — с улыбкой проговорил Алябин. — Разрешаю прекратить раздвоение. Ты капитан Неверов Андрей Григорьевич, сотрудник третьего отдела ГУКР СМЕРШ, прикомандированный к нам из Ленинградского управления. Думаю, что с такими способностями ты имеешь все основания стать майором.
— Когда-нибудь, — уточнил Андрей.
— Когда-нибудь, — согласился Алябин. — Сейчас, понимаешь, не до этого, времена тяжелые.
— Звучит забавно, Павел Евгеньевич, — сказал Неверов и усмехнулся.
— Раньше говорили, дескать, потерпи, времена сейчас тяжелые. Вот кончится война… Так она ведь уже закончилась, товарищ полковник.
— И что с того? — Алябин пожал плечами. — Наступило тяжелое послевоенное время. Все мы должны набраться терпения. Кстати, почему мы с тобой тут стоим? — Алябин неприязненно покосился на головы, торчащие из кабинетов.
— Не знаю. Вы стоите, и мне положено.
— Так заходи. Не родной, что ли? — Полковник посторонился, пропуская капитана в свои чертоги.
— Присаживайся, будь как дома. И не стоит вскакивать всякий раз, когда я буду проходить мимо. Вижу, тебе сегодня не до физических упражнений.
— Спасибо, товарищ полковник.
В кабинете начальника контрразведки было тихо и глухо, как в подводной лодке. Домашним уютом здесь не пахло и все же было куда лучше, чем на воровской хазе. Капитан присел, откинулся на спинку стула.
— Насчет того, что война закончилась, я поторопился, товарищ полковник, — сказал он.
— Наши войска ведут тяжелые бои с японскими милитаристами в Маньчжурии, на Сахалине, на Курильских островах. До капитуляции Квантунской армии еще далеко.
— Возможно, не так далеко, как тебе кажется, — заявил полковник. — Есть информация. Шестого августа, то есть позавчера, американцы что-то сбросили на японский город Хиросима.
Андрей поднял брови и осведомился:
— И что это было? Пламенный привет от трудового американского народа?
— По крупному счету, да.
Именно пламенный. — Полковник замялся. — Это ядреная… тьфу, ядерная бомба. Атомная, проще говоря. Устройство небывалой разрушительной мощности. Американцы погрузили его в бомбардировщик и скинули с большой высоты.
— Да ну! — изумился Андрей. — Это не сплетни, Павел Евгеньевич?
— Наше учреждение собирает сплетни? — Полковник с интересом уставился на собеседника.
— Простите, глупость сморозил. Но ведь это…"
"— Да, именно.
