Вера испугалась, решив было, что случилось еще что-то плохое, но звонила Ирина Соловьева, главный бухгалтер «М — софта».
— Слушай, Вер, я, конечно, все понимаю, суббота на календаре, но может быть, ты все-таки придешь на работу? У нас тут Содом и Гоморра. Все процессы стоят, программисты от рук отбились, продажники ни одной сделки не провели, водители разболтались. Если бы не Сергей Юрьевич, я бы ни одного платежа не провела. Слава богу, он согласился платежки подписать и приехал.
— Как Сергей Юрьевич? — внезапно осипшим голосом переспросила Вера.
— Ирина Геннадьевна, вы что, хотите сказать, что Гололобов в офисе? И подписывает платежные документы? Вы что, не знаете, что Молчанский его уволил?
— Уволил, да, — согласилась Соловьева. — Но официально это еще ни в каких документах не отражено, а значит, право подписи у него есть. Не может же жизнь кончиться от того, что Молчанский в тюрьме. И так неделю уже по-нормальному не работаем.
— Ирина Геннадьевна! — Вера теперь кричала в голос, выплескивая все зло, ужас и отчаяние, которые за последние несколько дней накопились у нее в душе.
— Этот человек украл у «М — софта» 12 миллионов рублей! Это он открыл подставную фирму на имя своего друга Василия Сосновского, а когда тот стал ему не нужен, хладнокровно его убил! Это он нанял Катерину Горелову, чтобы разрушить Павлу семью! Только он знал о том, что дети Молчанским неродные, и воспользовался этим! Это он убил Катерину, когда она чем-то стала ему неугодна! Убил — и подставил Павла! Я уверена, что это он открыл газ в квартире, надеясь, что Павел погибнет.
И только что он пытался совершить покушение на моего сына, и только по случайности, не могу сказать, что счастливой, пострадал другой ребенок. И вы говорите, что жизнь не может кончиться? Вы позвали на помощь «М — софту» Иуду!
— Ты чего так орешь-то, Вер? — спросил голос в трубке. — Ты чего, детективов начиталась? Ты с чего взяла-то это все? Или тебе Молчанский напел? Ты к нему в тюрьму ездила, да?
— Никуда я не ездила, — устало сказала Вера, устыдившись своей внезапной истерики.
Ни к чему она была сейчас, совсем ни к чему. — Вернее, ездила, но не в тюрьму. Зато теперь я точно знаю, как именно разворачивались события и кто за этим стоит. Так что можете передать столь любимому вами и мало уважаемому мной Сергею Юрьевичу, что за ним скоро придут.
— Ух ты! — восхитилась Соловьева.
