Ты о матери подумал? Привел в дом дочь уголовника! И о брате? – кивает в сторону Тимура, который сейчас стоит, опустив взгляд. – Что станет с его карьерой? Я столько усилий приложил для этого! И что?!
– Я не думаю… – начинает было Тимур.
– Из нас здесь только я думаю! – взрывается отец. – Головой думаю! И не членом, как вы!
Мы оба молчим. Сейчас с отцом лучше не спорить.
– Значит так, – уже спокойнее произносит он. – Забудь о ней. Завтра юристы начнут бракоразводный процесс. Все сделают быстро и тихо. И ты женишься на Амине! – смотрит на меня исподлобья.
– Мне надоели твои выходки, Давид. Надоели.
Глава 31
Василиса
– Что с ней? – опять спрашивает знакомый голос.
– Да, вот только живая была, дергалась.
Я сижу, не двигаясь, с закрытыми глазами. Боюсь их открыть. Меня пугает действительность, в которой я оказалась.
– Эй, ты живая? – меня толкают в плечо и я решаю открыть глаза.
Вижу перед собой только ноги. Медленно поднимаю взгляд. Да, я знаю этого человека. Я не ошиблась.
Это Максим, приятель Давида, который был тогда в доме, когда я зайчиком была.
Точно он. Я не могу ошибаться."
"Он берет меня за волосы на затылке и слегка оттягивает назад. Внимательно рассматривает.
– Ничего шалава, да? – ухмыляется кто-то за его спиной. – Тоже хочешь трахнуть?
– Что значит «тоже»? – рявкает Максим.
Отпускает меня и оборачивается.
– Вам чего сказали?! Охранять ее. Главный башку свернет, если хоть волос упадет.
Замахивается.
– Чего ты? Шнур? Пошутили же. Ну, вдруг потом разрешит развлечься.
Мы в деле тогда.
Неприятный гогот.
– Тихо сидите, – рявкает на них Максим.
И уходит.
Конечно, он не узнал меня. Он ведь видел меня в масках. Сначала – в косметической, с глиной. Потом – в маске зайчика.
Но хочу ли я, чтобы он узнал меня? Он, получается, один из тех, кто похитил меня. Но зачем? Зачем я им?
В голове столько вопросов. И страх. Особенно когда я смотрю на двух амбалов, сидящих за столом и иногда бросающих на меня свои сальные взгляды.
И я понимаю, что, если бы не слова Максима о Главном, меня бы уже давно растерзали.
Зажмуриваюсь, чтобы не видеть.
Так проходит еще одна ночь. Или день? В комнате, где я сижу, нет окон.
Меня оставляют одну и я слышу щелчок замка. Прислоняюсь спиной к стене и запрокидываю голову. Чтобы прогнать мысли, просто считаю.
Не помню, до скольки мне удается посчитать, но проваливаюсь в полудрему.
Организм сдается не в силах больше быть настороже.
Будят меня шаги. Совсем рядом. Я тут же открываю глаза.
