На нервах будто кто-то играет как на гитаре, струны тянет, и вот они рвутся, рвутся…
— Палату надо оплатить внизу, у администратора, — сказала мама, когда Денис со спящим сыном на руках вышел в коридор.
— Будет сделано.
— Что Полина? — спросила она одними губами.
Покачала головой.
— Через час тогда вернусь, — муж уложил Макара на кровать и похлопал себя по карманам пальто. — Лидия Алексеевна, вы со мной?
После маминого отказа Денис решительно шагнул на меня и рывком притянул за шею. Поцеловал за ухом и шепнул:
— Не волнуйся.
Всё хорошо будет. Очень люблю тебя.
Он отпустил меня, не оглядываясь, вышел из палаты.
Потерла кожу там, где его губы коснулись, поймала мамин взгляд.
— Только не уходи, мам, — попросила по-детски. Так же, как Макар просил меня полчаса назад. На деревянных ногах дошла до постели и прилегла к сыну. — Заберешь у него вещи, когда он приедет? Я его видеть не хочу.
— Доченька, — мама вздохнула и присела в кресло возле кровати. Поворошила карамельки в вазочке на столе. — Если все так, как ты говоришь.
Надо это хорошо взвесить. Будешь разбираться с Денисом или уйдешь — подумай сначала. Чтобы не на эмоциях.
— А уйти или разбираться — не скажешь? — шепнула. Лежу. Перебираю мягкие волосы сына. На этой кровати не хватает Дениса, мы часто вот так лежали втроем.
Да очень многое мы делали вместе.
У меня давно все воспоминания из Дениса состоят. Там если вырезать — что останется?
— Что делать — решай сама. Это твоя жизнь, Соня, — мягко сказала мама. Помолчала и добавила.
— Мы с папой тебя в любом случае поддержим, ты же наша дочка.
Да.
Глупая и доверчивая.
Приподнялась на локте и нашарила сотовый в кармане пальто.
Залезла в фотографии.
Искать долго пришлось, у меня тут почти все папки забиты снимками сына. Нашими с Денисом. И везде мы счастливы, улыбаемся.
Так же муж сегодня лыбился в аэропорту. До ушей.
Нашла.
Два года назад Полина присылала последнюю фотку Матвея.
И даже здесь уже есть общие черты с Денисом, а я тогда не видела. Теперь же, спустя два года, лишь слепой не заметит, что это его ребенок.
Мама тихонько сидела рядом, пока я память ковыряла, как нарыв.
А потом скрипнула дверь палаты.
Я сунула руку с телефоном под пальто и закрыла глаза.
Слышала, как шуршат пакеты, как мама негромко переговариваются с Денисом.
Он уехал, а через полчаса и мама.
Остались с сыном вдвоем.
«Муж сейчас с моей подругой?» — с этим вопросом я промаялась в больнице до утра, глаз не сомкнув.
И на рассвете приняла решение.
