Глянула на незнакомый номер.
— Да, кто это, — приняла вызов.
На там конце молчат. Но кто-то есть, я слышу, как человек дышит.
— Алло, говорите, — поторопила.
— Привет, — прохрипели в трубке, и у меня чуть телефон не выпал из рук. Вдавила сотовый в ухо и напряглась, вслушиваясь. Может, показалось? Поморщилась, когда она снова подала голос. — Это я, Сонь. Узнала?
— А тебя что, выписали? — присела на стул.
— Нет, нет, — Полина вздохнула. — Тут психиатр. Мы с ней работаем. Она очень добрая, жалеет меня. Разрешила один звонок.
Не бросай трубку, пожалуйста.
— О чем нам с тобой разговаривать? — пожала плечами.
— Сонь, мне тут лучше стало, — торопливо сказала Полина. — Я пью лекарства, у меня три раза в неделю терапия. Я начала осознавать, что натворила. И мне очень страшно. Можешь приехать, навестить меня?
— Бегу, — хмыкнула, пораженная наглостью бывшей подруги. Я видеть ее не могу, чего она от меня хочет, чтобы я ей передачки в психушку таскала?
— Соня, понимаю, что прошу слишком много. Но нам необходимо поговорить.
Мне очень надо тебя видеть.
— Голову тебе надо лечить. Пока, — не выдержала, сбросила вызов и швырнула телефон на стол."
"В кухне показался удивленный сын.
— Мам?
— Умылся? — постаралась улыбнуться. — Садись скорее, пока не остыло.
Макар завтракал, потом одевался, мы вместе собирали рюкзак. Все как всегда, словно обычное утро, только у меня из головы не идет проклятый звонок, и я злая, как черт. Приехать к ней, еще что сделать? Дрянь.
— Хорошего дня, родной, — пожелала, когда остановила машину у ворот школы.
Макар поцеловал меня в щеку. Вприпрыжку поскакал учиться. Я вырулила на дорогу. Нужно заехать в ресторан, там документов накопилось море. Потом встретиться с поставщиками. Потом…
На светофоре вместо того, чтобы ехать прямо, я резко свернула направо. И чуть не врезалась в черный джип. Ладонями ударила по рулю, сжала его дрожащими пальцами и чертыхнулась.
Соня, приди в себя.
Чтобы успокоиться сбросила скорость, и до больницы просто ползла.
Заехала на парковку, заглушила двигатель.
Так. Она хочет меня видеть, а я не собираюсь от нее бегать, она хочет поговорить — мне тоже есть, что сказать.
Вышла на улицу и поежилась, подняла воротник пальто. По скрипучему снегу дошла до дверей. И спросила охрану:
— Как можно пройти к Полине Ризовой?
— Приемные часы вечером.
— А врача можно увидеть?
Спустя десять минут я уже сидела в кабинете.
— Она мне сама позвонила, сказала, что вы ей разрешили.
