Затем я быстро пробежался по продуктовым рядам, набил провизией для бара пару сумок и, позвав за собой кондуктора, направился на выход."
"– У тебя все спокойно? – спросил, отпирая УАЗ.
– Да, а почему спрашиваешь? – удивился Серега Платонов.
– Не люблю, когда планы меняются.
– Все путем. Все идет по плану.
Я уселся за руль, переставил коробки на пассажирское сиденье и попросил:
– Не затягивай с этим.
– Не сомневайся, – кивнул Платон, захлопнул дверцу и отсалютовал мне открытой ладонью.
Я кивнул в ответ, завел двигатель и поехал домой.
По дороге то и дело посматривал в зеркала заднего вида, и хоть слежки за собой не заметил, сердце было не на месте. Поэтому из кабины перед воротами выбрался с «Шершнем» на изготовку. Но нет – никого.
Тогда запер дверцу – блин, у меня в машине товара на пару тысяч золотом! – и принялся возиться с воротами. Распахнул створки, вернулся к автомобилю и поспешно загнал его во двор. Столь же быстро закрыл ворота, схватил ящик с медикаментами и обувную коробку Платона и прошел в бар через заднюю дверь.
Все столы оказались заняты, но я все же бросил ключи от машины Ивану и попросил:
– Ваня! Как освободишься, выгрузи продукты. – А сам с коробками отправился в подвал.
К этому времени огонь под чаном уже погас, сусло через охлаждающую систему перекачали в баки для брожения, сильно пахло замоченным солодом и хмелем. Я запер за собой дверь, потом надавил на один из кирпичей и навалился на стеллаж. Тот мягко подался и сдвинулся в сторону, освобождая проход в небольшую комнатушку с механическим прессом, парой ванн и бутылями с химическими реагентами.
Я убрал коробки на пол и вернул стеллаж на место.
Иметь собственную пивоварню – это замечательно, но никогда не следует забывать о дополнительном приработке. Правда, иной раз дополнительный источник дохода может стать основным.
Тут я вспомнил о полученном от Климова мешке, выругался и побежал наверх.
– Вань, дай ключи, – попросил помощника.
– Нормально, сам продукты унесу.
– Да мне там забрать надо, – махнул я рукой, схватил ключи и выскочил на улицу.
Никакие лиходеи за это время на мою собственность не покусились, мешок оказался на месте. Я взвалил его на плечо, прихватил оставленный на пассажирском сиденье жезл «свинцовых ос» и вернулся в бар.
– Еще солод? – удивился Грачев.
– Несоложенки взял, – пояснил я, бросив ему ключи.
Мешок отнес вниз и уложил у стены, а сверху для надежности накрыл одним из пакетов, лежавших там до того. Конспирация.
