А потом меня подхватили чьи-то руки, и не успела я ни испугаться, ни сообразить, что происходит, как очутилась в какой-то темной комнатушке и услышала звук поворачиваемого в замке ключа.
Душу окатило страхом. Что происходит? Где я?
— Эй!
Я кинулась к двери и грохнула по ней кулаком.
— Откройте! Выпустите меня!
В ответ не донеслось ни звука. Я не слышала ни шагов похитителя, ни шуршания одежды, ни каких-либо других шорохов. Вокруг царила оглушающая тишина.
— Откройте! Слышите?
В коридоре за дверью было тихо.
— Что вам от меня нужно?
Неизвестный не отзывался.
— Ладно, — пробормотала сквозь зубы, и, разбежавшись, попробовала выбить дверь плечом, но та оказалась слишком крепкой, и даже не дрогнула от моего удара. Зато рука, которой я приложилась о твердую поверхность, вспыхнула острой болью.
Я потерла ушиб и заставила себя успокоиться. Сила тут не поможет. Нужно думать, кто и зачем меня похитил, и как отсюда выбраться. Я огляделась по сторонам. Обшарпанные стены, холодный каменный пол, зарешеченное окошко под самым потолком, хлипкий тюфяк у дальней стены, погнутый оловянный кувшин с водой, и пустое ржавое ведро в углу.
Похоже на тюремную камеру. И кому понадобилось меня «сажать»?
— Эй, вы меня слышите? Давайте поговорим! — приникнув к двери, крикнула неизвестному похитителю. — Чего вы хотите? Денег? Я могу заплатить, назовите любую цену.
— Деньги? — послышался смутно знакомый голос. — Зачем они мне?
— Тогда что вам нужно?
— Об этом мы поговорим с тобой позже, — ответил неизвестный, и я услышала звук удаляющихся шагов.
"
"Что ж, понятно. Оставил меня «дозревать». Хороший метод психологического давления. Вот только не на ту напал.
Я медленно обошла камеру, тщательно осматривая стены и пол, перевернула ведро и попыталась дотянуться до окна, но оно оказалось слишком высоко. Я обломала ногти, пытаясь вскарабкаться по ровной стене, а потом опустилась на тюфяк, вытянула ноги и задумалась, пытаясь вспомнить, где могла слышать похитителя. В голову ничего не приходило.
Увы, моя отличная память распространялась только на лица, но никак не на голоса.
Тогда я решила зайти с другой стороны. Кто мог меня похитить? Метаморф? Но зачем ему держать меня в плену, если можно просто убить. Маркус? Пожалуй, этот вариант ближе к истине. Вряд ли глава Белого клана простил Лукасу двойное оскорбление. Мало того, что Хольм бросил его дочь, так еще и умудрился одержать победу там, где никто не ожидал. Вопрос только в том, зачем меня похитили.
