Но Василий легко отделался, а вот осенью были приезжие из Москвы, так сгинули все четверо и по сию пору не найдены, только машина их стояла, пока в апреле месяце ее наконец не забрали московские родственники. Зимой было тихо, а с весны опять началось. Участковый хотел разобраться, пошел на болото, хоть мы одному идти не советовали, но не послушал, и ничего хорошего из этого не вышло. Поутру нашли его с пробитой головой и в беспамятстве. С той поры он все больше молчит, а за околицу выходить опасается. Третьего дня ушел сосед в лес присмотреть кое-что по плотницкой части, так как хотел строить баню, и вернулся только сегодня и тоже в белой горячке.
А с болота ухает и колокол бьет, люди видели огни, и ночью хоть лезь в погреб, до того страшно. В деревне нас осталось пятнадцать человек. И так как мы теперь всеми покинутые, вся надежда, что приедет из города грамотный человек и наведет здесь порядок. Ждем помощи, посылаем сигнал SOS, потому как, возможно, лето пережить не удастся, ухает уже возле крайнего дома.
До свидания. Житель села Липатова Иван Бородин по поручению Августы Поликарповны Игнатовой, Героя Социалистического Труда и заслуженного работника сельского хозяйства, в настоящее время на пенсии»."
"Дочитав до конца, я перевела взгляд на Женьку и грозно спросила:
– Ты что, издеваешься?
– Ничего подобного, – замотала она головой.
– И твое начальство, прочитав все это, отправило тебя разбираться? Значит, это не ты, а твое начальство спятило, – разволновалась я и стала высматривать, где нам удобнее всего развернуться, так как продолжать путешествие не было никакого смысла.
– Ты, Анфиса, подожди гневаться, – ласково заговорила Женька, чем еще сильнее разволновала меня. Таким тоном обычно обращаются к детям или слабоумным, когда хотят их в чем-то убедить. – Все не так просто. Письмо, конечно, заслуживает, чтобы его напечатали в авторской редакции под рубрикой «Смех сквозь слезы», но наш редактор, человек большого ума и проницательности, навел справки и выяснил, что люди в районе деревни Липатово действительно бесследно исчезают, по крайней мере, есть заявления родственников и прочее.
В милиции только руками разводят, мол, там рядом болото и по пьяному делу… В общем, труп могут вовсе никогда не найти.
– Чей труп? – насторожилась я.
– Соберись, Анфиса. Люди просто так не пропадают. Что-то там происходит.
– Ты сама говоришь: по пьяному делу… болото… По-моему, все и так ясно.
– Не скажи. Вот взять, к примеру, участкового.
