Я обратил внимание на выраженную бледность кожи, это не просто отсутствие загара. Боль при пальпации остистых отростков была там же, где и у сестры. Только вот межпозвоночные выпячивания были небольшими и точно не могли вызвать такой болевой синдром.
Причина нашлась быстро, но не в дисках, а в телах четвёртого и пятого поясничных позвонков. Это были метастазы, занимающие большую часть объёма тел позвонков и разрушающие их костную структуру. Ещё немного и позвонки могут не выдержать нагрузки и сплющиться под тяжестью тела.
Есть метастазы, значит есть и источник. Я решил сканировать брюшную полость для начала через спину, не переворачивая пациентку. Первичный очаг я нашёл в среднем отделе слева, это была немаленькая опухоль нисходящего отдела толстой кишки. Сантиметров восемь в диаметре, с прорастанием в брыжейку. Просвет толстой кишки умеренно сужен, но проходимость есть."
"Передо мной встала дилемма, с чего начать. По идее с основного очага, но, если затянуть с позвонками, они развалятся и она будет прикована к постели.
Значит начну с работы над метастазами, а основной очаг немного приглушу широким потоком, чтобы остановить рост и распространение.
Сложность удаления метастазов состояла в том, что мне одновременно придётся укреплять тело позвонка. Как раз пригодится опыт работы с асептическим некрозом головки бедра. Я решил сначала немного убрать ткань опухоли по краям и стимулировать восстановление костных трабекул, а также укрепить то, что осталось незатронутым.
Когда наконец справился с поставленной задачей, уже чувствовал себя измотанным.
Проверка ядра показала пятьдесят процентов. Вроде и не мало, но не ожидал, что потрачу столько.
— Там всё так плохо? — спросил меня Корсаков, пользуясь тем, что пациентка спит.
— У неё рак кишечника с метастазами в позвоночник, — выдохнул я и присел на стоящее у стены кресло и начал медитировать, пополняя ядро энергией. — Сложно это всё, но возможно. Сейчас отдохну немного и займусь основным очагом.
— А с позвоночником всё?
— Какое там, — махнул я рукой.
— Если сразу полностью убрать, они провалятся. Придётся в несколько заходов. Сколько точно, ответить не могу, как пойдёт. Надо убедить её ходить ко мне на приём в клинику, я к вам сюда столько не наезжусь.
— Да этот вопрос мы решим, не переживайте, — сказал Корсаков. — Главное, что это сдвинулось наконец с мёртвой точки. Мы её больше года уговаривали, а она микстурку выпьет, мазью помажет и говорит «у меня всё хорошо, отстаньте от меня».
