На что получил категоричный ответ Гончарова:
– Об этом забудь!
– Понял, вычеркиваю! Ну что, едем? Чего тут у болота комаров кормить?
– Едем!
Сели в машину, майор развернул «Мерседес».
Шарипов спросил:
– Слушай, Гончар, давай-ка вспомним, из охраны санатория нас никто не видел?
– Думаю, нет, ведь в салон заглядывал сам Ермаков, а со стороны, через тонированные стекла этого «мерина», ни хрена не увидишь. Ермак мог оповестить своих людей о прибытии в коттедж Цеймана, только что это даст милиции, когда обнаружатся трупы бандитов? Абсолютно ничего.
И Ермаков ничего не расскажет, сам понимаешь.
– Понимаю. Ты прав!
– А прав, значит, уходим!
Обратный путь занял больше времени из-за супермаркета, и офицеры подъехали к дому № 16 по улице Жукова во втором часу ночи двадцать седьмого июня. Поужинав и убрав за собой стол, майор Гончаров расстелил на нем карту города.
– Итак, мужики! Акцией возмездия мы лишили себя возможности передать информацию о Стародубове в правоохранительные органы.
Следовательно, перед нами выбор: либо прекратить акцию прямо сейчас, либо ликвидировать Стародубова. У кого какие будут мысли на этот счет?
Голос подал Власенко:
– О каком выборе ты говоришь, Гончар? Как это прекратить акцию? Уж кто-кто, а Стародубов заслуживает одного, смерти!
Майор повернулся к Шарипову:
– Как ты считаешь, Рустам?
– Я согласен с прапорщиком. Стародубов заслужил смерть.
Гончаров ударил ладонью по столу:
– Значит, решено! Проводим завершающую акцию операции возмездия по устранению Стародубова! Прошу всех поближе к карте!
Офицеры нагнулись над столом.
Майор достал ручку, указал на квадрат, обозначающий здание, рядом площадь, объяснил:
– Завтра, вернее, уже сегодня, 27-го числа, у муниципального культурного центра устраивает встречу с избирателями господин Стародубов. Прибудет к МКЦ наш неуважаемый Валентин Савельевич часиков в 10.00, 10.30. Вопрос, как подъедет к центру. К нему два пути, к главному входу с площади и к дверям зрительного зала с противоположной стороны.
Узнать это мы не сможем. Поэтому блокируем культурное заведение с обеих сторон. Смотрите.
Командир штурмовой группы передвинул ручку вверх:"
"– Здесь обозначен старый четырехэтажный дом. Потолки высокие, крыша тоже, а значит, и чердак подходящий. Да и расстояние от любого из трех слуховых окон до тыловой стены МКЦ не превышает 300 метров. Как раз дистанция для поражения противника из «винтореза».
