7. Деньги
— Зачем ты затащила меня сюда?
От вопроса Яагера, по коже скользнули острые мурашки, но намного хуже было то, что он сейчас стоял настолько близко. Я попыталась отстраниться, но все равно грудью соприкасалась с его торсом.
Сделав глубокий вдох, я прислушалась к шагам и поняла, что Ливен, как раз прошел мимо кладовой, в которой мы находились, и пошел дальше. Только после этого я ответила:
— Затем, что я не знаю, чего от тебя ожидать, — тихо прошептала. — Тебе и повода не нужно, чтобы кого-то избить, а от того, как ты посмотрел на моего друга… Уничтожишь его только за то, что он мне помогал?
Несколько невыносимо долгих секунд царила тишина, в которой я отчетливо слышала шаги Ливена.
Они отдалялись, но парень еще не отошел достаточно далеко, а я мысленно молилась о том, чтобы он сейчас ускорился и как можно быстрее скрылся за поворотом, ведь в это мгновение я ощущала себя так, словно была заперта в клетке со зверем. Более того, в эту клетку я сама себя загнала.
— Значит, ты у него ночевала, — сделал вывод Матиас и в этот момент от него действительно исходило что-то нехорошее. Жуткое.
— Какое это имеет значение?
— Он к тебе прикасался?
— Что? — я непонимающе приподняла голову, хоть и в этой темноте не видела Матиаса. Правда, от этого легче не становилось. Из-за того, что я его не видела, ощущала сильнее и сейчас он мне действительно казался зверем. Жутким. Агрессивным.
— Он тебя целовал?
— Нет, — ответила мгновенно. — Ливен просто мой друг.
Между нами нет ничего такого.
Вновь наступила тишина и я уловила то, что шаги Ливена уже сейчас были еле слышны. Это хорошо. Осталось еще совсем немного потерпеть, но, неожиданно для себя я ощутила, что атмосфера в кладовой сейчас была не настолько невыносимо давящей.
Неожиданно Матиас прикоснулся к ладони, выглядывающей из-под гипса. Я привыкла к тому, что руки этого агрессивного чудовища могли только причинять боль. Сколько же парней Матиас избил и изувечил? Множество.
Наверное, даже больше, чем я предполагала, поэтому, та бережность, с которой он сейчас прикасался ко мне, казалась дикостью. Чем-то невозможным. Тем, чего просто не могло существовать.
Но я все же резко отдернула руку. Правда, несмотря на это, все еще ощущала прикосновения Матиаса на ней. Его ладони огромные. По прикосновениям грубые и шершавые. Я нахмурилась. Разве такие руки должны быть у мажора?
— Больно? — спросил Яагер.
