– Зачем ты здесь, Рис?
Уортингтон, хромая, подошел к ней, взял ее руки в свои, поглаживая большим пальцем костяшки, и посмотрел в глаза.
– Пусть у меня не было возможности забраться на буфет, но я пришел сказать, что люблю тебя, Джулиана. Знаю, мне следовало сделать это раньше, но лучше поздно, чем никогда. И если простишь меня за то, что был чертовым олухом все это время, то прошу тебя стать моей женой.
– Позвольте заверить вас, леди Джулиана, что он как раз собирался лезть по стене на третий этаж, – добавил Кендалл.
– Ты собирался влезть в мою спальню?
– Ну да. Как раз хотел спросить, нет ли у Лукаса в карете веревки.
Джулиана стиснула его ладонь.
– О, Рис, мне кажется, что даже думать о том, чтобы влезть на стену, куда романтичнее, чем запрыгнуть на буфет. Мэри сказала, что из-за меня ты подрался с папой.
Рис сделал еще один хромой шажок к ней.
Джулиана встревожилась.
– Ты хромаешь? Это та старая рана?
– Скорее новая на старой: у твоего отца мощные лакеи. Но все это неважно.
– Рис опустился на колено. – Джулиана, здесь, перед домом твоего отца, я прошу тебя: будь моей женой.
По ее щекам потекли слезы.
– Ты же знаешь, что я дала согласие другому и через несколько часов у меня свадьба…
Рис покачал головой.
– Нет, этому не бывать: свадьбу придется отменить.
– Но как ты себе это представляешь?
– Ничего, Мердок переживет: по словам моего друга Кендалла, ты ему сделаешь одолжение.
– Конечно. Он потом еще и спасибо скажет, – со всей ответственностью заявил Кендалл уже из кареты.
Джулиана помогла Рису подняться и бросилась в его объятия. Он подхватил ее, закружил, хоть и едва держался на ногах, и страстно поцеловал.
– Вообще-то, я собиралась сегодня рано утром связаться с Мердоком, сказать, что свадьбы не будет, и отправиться искать тебя, – сообщила Джулиана между поцелуями.
Рис поставил девушку на землю и сжал ее руки.
– Правда?
– Да. Очевидно, мы оба слишком упрямы себе же во вред. Нельзя было столько тянуть.
– Согласен, – послышался голос Кендалла.
"
"– Я люблю тебя, Рис, и мне следовало признаться в этом еще в тот день в коттедже егеря.
Рис крепко прижал ее к себе.
– И мне тоже.
Кендалл в карете откашлялся.
– Послушайте, мы уже можем поехать домой? Мне неприятно об этом говорить, но уже очень поздно, а стоять на улице в такой час не особенно благоразумно, даже в Мейфэре.
Рис и Джулиана рассмеялись.
– Да, – отозвался Рис, – но тебе придется подвезти нас до моего дома.
