– Я волнуюсь: никогда не делал этого с девственницами.
– Я люблю тебя, Рис. Сделай меня наконец своей.
Скользнув в ее влажное тепло, он чуть не задохнулся от восторга, совершенно не ожидая той бури эмоций, какая его охватила, когда их тела наконец-то соединились. До сих пор совокупление было для него всего лишь физиологическим актом, удовлетворением потребностей тела, но теперь, когда он занимался этим с любимой женщиной, оно означало нечто гораздо, гораздо большее.
Он медленно вошел в нее до самого конца и удивленно всмотрелся в ее лицо.
– Тебе совсем не больно?
– Вовсе нет, а должно?
Он поцеловал ее со всей любовью и страстью и начал двигаться, сначала медленно, давая ее телу время приспособиться к нему. Их тела блестели от пота, а толчки Риса становились все глубже и сильнее. Он стиснул зубы, стараясь сдержать невыносимое наслаждение, желая растянуть его для нее, довести до вершины блаженства.
– Обхвати меня ногами, – хрипло велел он.
Она без колебаний подчинилась, и в это мгновение сбылась одна из его фантазий: длинные ноги Джулианы смыкаются у него на пояснице, а он раз за разом вонзается в нее.
Голова ее металась по подушке, лицо раскраснелось, губы приоткрылись, из груди вырывались сладострастные стоны.
Он почувствовал, что не может больше сдерживаться, просунул руку между их телами и надавил большим пальцем бугорок, надеясь, что она еще раз испытает наслаждение.
– Рис, – выдохнула Джулиана, – я хочу, чтобы удовольствие получил ты.
Это было сказано таким властным голосом, что у него не осталось выбора, кроме как подчиниться.
Крепко прижав ее к себе, он ускорил темп и, наконец, с хриплым стоном излился в нее. Ощущения были ошеломительными, он такого никогда не испытывал. Сердце отчаянно колотилось, все тело содрогалось от невероятного наслаждения, дыхание вырывалось со свистом, и потребовалось немало времени, чтобы оно выровнялось. Рис скатился на бок, увлекая за собой Джулиану, крепко прижал к себе и прошептал.
– Ты моя, а я – твой.
– Навсегда, – отозвалась она, целуя его в плечо.
Они полежали так еще немного, купаясь в наслаждении, потом высвободившись из его объятий, она приподнялась, устроилась на подушках и совершенно серьезно сказала:
– Ты должен знать одну вещь, Рис.
– Что такое, любовь моя? – Он провел рукой по ее бедру."
"– Я хочу, чтобы ты знал: меня не волнует, богатый ты или бедный, но чтобы выплатить долги, можешь воспользоваться моим приданым, если хочешь. К тому же из-за меня ты отказался от пари.
