Я была права, из-за высоты каблуков моя макушка доставала ему до подбородка. Парень выглянул в окно. Не удостоив меня ни единым взглядом. Одев меня, как проститутку, они не повысили интерес Луки. Да имело ли это смысл? Я видела женщин, с которыми он встречался в Нью-Йорке. Их грудь выглядела бы лучше в этом платье.
— Ты выбирала платье сама?
Я подскочила, удивленная тем, что он заговорил. Его голос казался глубоким и спокойным. А было ли когда-нибудь иначе, а?
— Нет, — призналась я. — Мой отец.
Челюсть Луки дрогнула.
Я не могла его прочитать, и это заставляло меня нервничать. Он сунул руку под полу пиджака, и я подумала, что вот сейчас парень направит на меня пистолет. Вместо этого он держал в руке черную коробочку. Лука повернулся ко мне, и я пристально посмотрела на его черную рубашку. Черная рубашка, черный галстук, черный пиджак. Черные, как его душа.
Это был момент, о котором мечтали миллионы женщин, но я чувствовала холод, когда Лука открыла коробку. Внутри лежало кольцо из белого золота с большим бриллиантом в центре, между двумя чуть поменьше.
Я не сдвинулась с места.
Лука протянул руку, когда неловкость между нами достигла своего пика. Я покраснела и протянула свою. Вздрогнув, когда его кожа прикоснулась к моей. Он надел обручальное кольцо на мой палец, потом отпустил мою ладонь.
— Спасибо, — я чувствовала необходимость сказать эти слова и даже взглянула ему в лицо, которое ничего не выражало. Хотя нельзя было сказать того же о глазах парня. В них отражалась злость.
Я сделала что-то не так?
Он протянул руку, и я взяла его под локоть, позволяя проводить меня из гостиной в столовую. Мы не говорили. Может, Лука был настолько разочарован мной, что захотел отменить соглашение? Но он не надел бы кольцо на мой палец, будь это так.
Когда мы вошли в столовую, женщины моей семьи присоединились к мужчинам. Витиелло не привезли с собой женщин. Возможно потому, что они не доверяли моему отцу и Кавалларо достаточно, чтобы рискнуть привести женщин в наш дом.
"
"Я не могла винить их. Я бы не стала доверять моему отцу или боссу. Лука опустил руку, и я быстро присоединилась к матери и сестрам, которые притворялись, будто восхищаются моим кольцом. Джианна посмотрела на меня. Я не знала, чем моя мать угрожала ей, чтобы она молчала. Но была уверена, у Джианны на кончике языка вертелся ядовитый комментарий. Я покачала головой, и она закатила глаза. Ужин прошел как в тумане. Мужчины обсуждали дела, пока мы, женщины, молчали.
