Я встретил ту самую Женщину и добился признаков ответного расположения. Неужели можно сказать, что я тороплюсь? Как давно ты меня знаешь?
— Почти четыре года, Стефан.
— У нас хорошие дружеские отношения. Ты доверяешь мне, как своему боссу и другу. Пора довериться мне, как своему мужчине. Поверь, ты не прогадаешь.
— Может быть, так. Но я не хочу торопиться. Я всего лишь согласилась на свидания, а ты… У меня такое ощущение, как будто ты готов прямо сейчас… ну…
— Уложить в свою постель? — сказал, не смутившись.
— Да, я желаю видеть тебя в качестве своей женщины. Хочу открыть для тебя мир удовольствия. Ведь я точно знаю, что у тебя давно не было мужчин. Я буду очень нежным, внимательным любовником. Довольно опытным, — добавил лукавую усмешку. — За эти годы я научился доставлять удовольствие женщинам и могу со стопроцентной уверенностью сказать, какие ласки понравятся тебе больше всего…
Я покрылась алыми пятнами смущения.
— Стефан, прекрати! Я не рассчитывала на такое скорое сближение. Мне нужно больше времени.
— Сколько? День? Два?
О черт! Кажется, я серьезно влипла.
— Мы же не на стадии расчетов проекта, Стефан.
— Я привык все просчитывать наперед.
— Да, я знаю. Но отношения — это не математика, я не могу гарантировать, что через день или два, или через три-четыре свидания буду готова к такому… сближению.
Стефан вздохнул разочарованно.
— Я уже не первый год мечтаю о тебе, Василиса. Мечтаю сделать тебя своей. Целиком… Сейчас я ощутил, что ты готова. Почему ты делаешь шаг назад? — посмотрел на меня очень пристально.
Я поняла, что сама загнала себя в ловушку. Стефан сейчас напоминал мне охотника, который очень долго выслеживал дичь и, воспользовавшись подходящим моментом, загнал ее. Он долго ждал, он знал меня, как друг, тонко прочувствовал момент колебания и ловко ввернул свои предложения. Я поспешно согласилась, лишь желая отвлечься. Но сейчас я оказалась лицом к лицу с намерениями Стефана во всей их красе и струсила.
— У такого отказа есть причины.
Должно быть, они очень весомые. Какие?
Стефан присел еще ближе и взял мою ладонь в свои руки.
— Ну же, милая. Помнишь наш первый день? Когда мы болтали обо всем? Ты была очень непосредственной, такой чистой и яркой. Как свежий ветер в затхлом помещении. Тогда ты, сама того не зная, вывела меня из состояния затяжной черной депрессии, не позволила скатиться в яму по самоуничтожению. Сейчас я говорю с тобой не как потенциальный партнер в интимном плане, а как друг.
