Муж тянется ко мне решительно. Челюсти сжаты, взгляд полыхает ядовитой синевой.
Со слезами, пытаюсь встать снова, и теперь бол накрывает полностью. Чувствую ее в полной мере.
Вот теперь я чувствую, что пострадала.
По собственной глупости…
— Эй, куда! Ты что творишь, мужик? Не трогай, можешь хуже сделать. Скорая уже в пути."
"Боль пульсирует и жидким огнем распространяется по телу. Ухожу под нее, будто ныряю в ледяную прорубь.
***
В больнице тихо и чисто, пахнет лекарствами. Многие не любят этот запах, а я люблю, напоминает о папе — его нет с нами уже полтора года, и мне до сих пор грустно… Сейчас еще горше от того, что его нет со мной.
Так горько…
Слезы льются и льются, но теперь уже тихо, без истерик. Сил не осталось. В голове звучат фразы врачей…
Сложный перелом.
На ногу смотреть страшно — отекла очень сильно, раздулась. В качестве предоперационной подготовки — скелетное вытяжение. Потом еще сосудистая и метаболическая терапия, лимфодренаж… Потом предстоит операция… Открытая репозиция перелома и фиксация лодыжки пластиной и винтами.
Медицинские термины меня не пугают, отец был хирургом, но по его стопам я не пошла.
Важно одно — я застряла в больнице надолго.
Наверное, это даже к лучшему: я не буду мешать своему мужу… видеться со второй семьей. Хотя, наверное, уже мешаю.
Именно сейчас мешаю тем, что он вынужден со мной возиться!
Слышу голос мужа в коридоре возле палаты. Здесь слышимость просто прекрасная! Или он просто больше не видит смысла скрываться?
— Карина, сегодня не смогу.
Поцелуй Давида за меня.
Карина и Давид.
Вот и узнала.
Давид… Значит, у мужа — сын. Давид Ильич? Интересно, кто называл ребенка?
Тяжелый выдох.
Кажется, Карина недовольна и высказывает моему супругу по полной программе.
Потому что муж отвечает так, словно злится, что ему приходится оправдываться:
— Карин, сказал же. Серьезная ситуация. Жена под машину попала! — добавляет. — Я с ней в больнице. Плюс перед отлетом у меня полно дел.
Карин, давай без истерик, а? Мне уже сегодня трахнули мозг. Давай хоть ты не станешь? Будь умницей… Ну, что ты начинаешь? Нет, я не отменю командировку. Нет, не смогу, у меня важные встречи. Слушай, я и так просрал сегодня полдня с этой…
Вот так.
«Просрал подня с этой…»
«С этой» было сказано про меня.
Я для него теперь просто «эта…»
Хочется накрыться подушкой.
Голос мужа удаляется по коридору, и я не имею возможности услышать, как он меня называет.
