Александр Васильков обгоняет миловидную девушку и случайно задевает ее скрипичный футляр. Не глядя на нее, он сухо извиняется. Она морщится от разочарования, но в следующую секунду осознает какое-то важное для мужчины событие — тот даже не притормозил, убегает. Внутри девушка чувствует таинственную атмосферу внимательности к чему-то необычному в его поведении....
Сразу после испытаний в незнакомой далекой усадьбе Разгуляев Василькова работать не заставил. Он привез его в ресторан, приказал как следует накормить и разрешил отлежаться под лестницей, в комнатке Михаила Михайловича. Это послабление оказалось нелишним. Тело после побоев побаливало, да и глаза после бессонной ночи закрывались сами собой.
Проспал Александр долго, часов двенадцать. В середине ночи он проснулся, постоял под душем, сварил на кухне крепкий кофе, а после занялся своим костюмом и сорочкой. Ведь другой одежки у него не было.
Утром, к приходу ресторанного начальства, он снова выглядел молодцом. Разве что на левой брови белел небольшой кусочек пластыря, а на губе темнела подсыхавшая болячка.
— Годится, — сказал Разгуляев, довольно хмыкнул и отправил его обслуживать первый банкетный зал, где пожилая супружеская чета праздновала тридцатилетие совместной жизни.
Весь день прошел в заботах, в беготне. Для редких перекуров он мог выйти на крыльцо служебного входа. Но там постоянно терся кто-то из ресторанной обслуги.
В том же режиме прошел и второй день, с той разницей, что крутиться пришлось между кухней, складом и большим кабинетом, где вокруг удобного круглого стола расположились страстные любители карточных игр, трое мужчин и одна женщина. Часов шесть подряд они сражались между собой, при этом потягивали дорогой коньяк, закусывали не самыми дешевыми деликатесами и нещадно дымили папиросами.
К старомодным буржуазным развлечениям типа балов, игры в вист и званых ужинов Васильков относился с подозрением. Особенно если они происходили в послевоенной полуголодной Москве. Потому он обслуживал эту компанию с сухим выражением лица и ровно на тот минимум чаевых, за который ему не влетело бы от начальства.
А на третий день в «Шкатулку» заявились знакомые бандиты.
Васильков старался не пропустить момента, когда гости «Шкатулки» вернутся к обсуждению очередного налета. Ему жутко хотелось выйти на крыльцо служебного входа, подпалить папиросу, затянуться дымом. Но он не мог прерываться ни на минуту, боялся не услышать главного.
Александр с подносом в руках стоял на раздаче и с нетерпением ждал, когда шеф-повар подаст ему заказанные блюда. Получив их, он быстрым шагом отправился по извилистому коридору к «Шкатулке».
