Кто его знает, как поведет себя Гепп? Вдруг он сдуру захочет удушить Федора? Или разбить его голову об стену? Со спящим это сделать легко… Все-таки как ни говори, а фашистский диверсант, пойманный с поличным. Так что уж лучше не спать, а только делать вид, что спишь.
Впрочем, ничего опасного для Федора за остаток ночи не случилось. Гепп почти неподвижно просидел в своем углу до самого утра, не приближаясь к Горюнову и даже на него не смотря. Он был погружен в свои переживания.
– Кажись, уже и утро, – Федор встал, потянулся и пропел: – Ой, да загубили парня удалого, ой да заперли в клетке орла!
Это был условный сигнал, заранее оговоренный с майором Расторгуевым.
Вскоре в камеру вошли два охранника и увели Горюнова.
– С Ульяной все в порядке? – спросил Федор, едва только переступил порог кабинета Расторгуева.
– Да, – коротко ответил майор. – Не беспокойся. Жива, цела, здорова. Спрашивала про тебя раз, наверно, пятнадцать подряд. Как ты? Что ты? Где ты? А что я скажу? Говорю, живой и здоровый, скоро свидитесь.
– Правильно сказал, – одобрил Федор. – Свидимся… Потому что – ура! – он устало засмеялся.
– Залез, значит, в душу к Геппу? – спросил Расторгуев.
– Залез… До сих пор противно… Гадкая у него душа. А ведь еще предстоит лезть в душу Миловидову. Инженеру…
– Думаешь, он?
– Он, красавец, кто же еще, как не он? Что говорит наблюдение?
– Вчера вечером они оба – Миловидов и его жена – как вошли к себе, так и не выходили. Сегодня утром он вышел, а ее что-то не видать. Через два часа с четвертью он явился обратно домой и больше никуда не выходил.
Ни ночью, ни сегодня днем к ним никто не заходил. Хотя – кто его знает? – засомневался майор. – Ведь общежитие! Там шастает много всяких разных… Так что, может статься, кто-то пробрался и к ним. Неудобный объект для наблюдения. А шторки у них на окошке задвинуты, ничего не разглядишь.
– Ладно, – подумав, сказал Георгий. – Как бы там ни было, а придется рискнуть. Случай-то уж больно хорош!
– Это ты о чем? – не понял майор."
"– Хочу наведаться к Миловидову в гости, – пояснил Федор.
– И конечно, к его дражайшей супруге. Ну, и кто там еще будет… Скажу, что сбежал из-под стражи. Выручайте, скажу, поскольку я – ваш. Или, наоборот, а давайте-ка я сам выручу вас. Мол, одной ниточкой повязаны, стало быть, и спасаться вместе. В общем, как придется. И коль они захотят спастись, то, значит, точно шпионы. Вот оно и доказательство их вины.
– А если их там целая компания? – покрутил головой Расторгуев.
