– Нет, – качает головой девочка и с интересом смотрит за движениями Галины Федоровны.
– Смотри как, хобана и все. – Она ловко бьет яйцом о миску, раскрывает скорлупу и выливает на творог. – Попробуешь? – придвигает к Нюсе три оставшихся яйца.
Та кивает, разбивает яйцо, пачкает руки и, видимо, пугается. Кидает его в миску вместе со скорлупой.
– Ой. – В глазах застывает паника, трясет рукой и беспомощно смотрит на Галину Федоровну.
– Ничего, вытащим, – добродушно улыбается та и принимается убирать скорлупу из миски.
– А если не все?
– Скорлупа полезна, в ней кальций для костей.
Не сдерживаюсь и смеюсь в голос, обнаруживая свое присутствие.
– Доброе утро.
– Доброе утро, мы тут… – Галина Федоровна с улыбкой разводит руками.
– Папа.
Нюся подскакивает со стула и бежит ко мне, забыв о том, что руки все в яйце перепачканы. Ее реакция так пронзительна, чиста и наивна, что меня оглушает эмоциями. Растерянно смотрю на нее и не знаю, как себя вести. Вроде и понимаю, что надо остановить, чтобы не испачкала меня всего, но вместо этого подхватываю на руки, крепче прижимая к себе.
Ощущаю, как липкая ручонка приземляется мне на плечо, рубашка промокает насквозь. Плевать, переоденусь, детские объятия важнее.
– Как ты себя чувствуешь? – пересаживаю на правую руку, чтобы было удобнее держать.
– Халашо, – расплывается в улыбке и впечатывается губами в мою щеку.
– Температуры нет?
– Нет, – довольно качает головой. Ну слава богу.
– Ванечка, завтракать будешь? – спрашивает Галина Федоровна, ставя на плиту турку.
Прекрасно знает мои предпочтения.
– Кофе, если можно.
– Сейчас будет.
Присаживаюсь за стол. Нюся удобно устраивается на моих коленях, вовсе не собираясь слезать. Галина Федоровна вытирает ее руки салфеткой. Мне как-то странно. Как-то необычно. Никак не могу идентифицировать свои ощущения. Я словно другой. Я чувствую по-другому. Неужели возможно измениться вот так, по щелчку?
– А ты куда соблался? К маме? – деловито спрашивает Нюся, отрывая меня от самокопания.
– Пока нет. На работу. А ты обычно как день проводишь? – убираю волосы с ее лица.
– В садик хожу.
– Нравится?
– Ну да, – лукаво опускает глаза и водит пальчиком по столу. – Только там есть Костя. Он всех обижает, даже девочек. Его даже к стульчику ставят.
– К стульчику? – едва сдерживаю смех.
– Ну да. Всех хулиганов так наказывают, – со знанием дела отвечает она. И взгляд такой серьезный.
