Первым порывом было вскочить и сесть ровно, но я успешно его подавила. Все равно меня уже поймали за бездельем и расстреляли темными глазами за мой непристойный вид.
— Я заберу твою помощницу, — не спрашивая, а утверждая. Ванька оторвался от чертежей и поднял вопросительно бровь. Моя тоже поползла вверх. — У меня через час встреча в ресторане с Путасом и его женой. Я планировал ехать с Таней, но она сейчас в другом конце Москвы, не успевает.
Кто-то явно не умеет и не любит просить, кадык дергается, крылья носа шевелятся.
— Милада мне здесь нужна, — отказывает Ваня равнодушным тоном.
— Лежать на диване с задранной юбкой? — зло усмехается. — Ты ее портрет рисуешь или чертеж делаешь? — Ванька готов встать в позу, ему не нравится тон Глеба. Мне тоже не нравится, но другого я у него не слышала, поэтому все вроде как привычно. — Ничего с ней не случится, посидит тихо рядом, потом привезу. В целости и сохранности.
— Милада, есть желание поехать на встречу? — Ваня умеет задавать вопросы, а я умею на них отвечать:
— Нет, — мотаю головой, желваки дергаются на лице Глеба.
— Я хотела с тобой пообедать… но придется составить компанию Глебу Козли… Владимировичу.
Блин! Блин! Блин! Он все понял и Ваня тоже. Но если один старается не улыбаться и делать вид, что ничего не слышал, то другой готов линчевать прямо здесь. И как теперь забрать свои слова обратно? Не хочу я с ним ехать в ресторан, я ведь не дура оставаться наедине со злым боссом. Или дура? Потому что, когда он открывает дверь и приглашает последовать за ним, я надеваю туфли…
Глава 15
Милада
В лифте кроме нас еще два человека, Глеб Владимирович молчит, вообще ведет себя подозрительно спокойно.
Запретила себе даже мысленно называть его Козлиновичем, так по привычке еще не раз вылетит.
До машины мы идем молча, у меня ноги чуть-чуть подкашиваются, каждой клеткой своего тела чувствую присутствие Тихомирова. Будто понимая, как на меня действует, он идет сзади, отстает не больше чем на шаг, но его взгляд обжигает.
"
"Не повернусь, ничего ему не скажу! Начинаю чуть сильнее вилять бедрами, каблуки и так меняют походку, а если постараться, то она может быть вызывающей, соблазняющей, дерзкой. Ни с кем раньше я себя так не вела. Провоцировала, конечно, потому что нам, девочкам, нравится, когда мужики плывут, меняется взгляд, направленный на тебя, но я всегда вовремя останавливалась, не доводила игру до опасной точки.
