Книга Я Гордый часть 7 — читать онлайн бесплатно полностью

Усомнившись в праве Его Императорского Величества самому решать, с кем вести дела, вы оскорбили и его. Что у нас полагается за оскорбление императора, Станислав Георгиевич?

— Лишение всех титулов и званий, сломанный герб и каторга лет на двадцать. Это если судья будет добрый. Но я лично прослежу, чтобы он был злым.

— Благодарю вас. Чем больше с вами общаюсь, тем сильней понимаю, насколько прекрасно организована служба опричников под вашим руководством. И раз уж мы поняли, что эти господа просто идиоты, то предлагаю их допросить, ну а дальше действуйте, как велит закон.

— Ваше Высочество!!! — взвыли они.

— Нет, нет, все только по закону. Уверен, в Тайном приказе к вам отнесутся со всем почтением и радушием. Посмотрите на князя Суворкина — милейший человек, из тех, что и мухи не обидит. Не так ли, любезнейший?

— Вы совершенно правы, Ваше Высочество. Давеча комар вон на руку сел, так я его прогнал. Лети, говорю, тварь божья, не до тебя сейчас.

— Вот видите, господа. А мог бы и убить. Так что вверяю вас в его надежнейшие руки.

Можете рассказать ему все и покаяться, как в храме Рода. Уверен, он выслушает вас со всем вниманием.

— Убрать, — сверкнул глазами полковник, и тут же бравые опричницы — маги утащили завывающих графьев в сторону ворот.

— Как прикажете, Ваше Высочество, пожестче с ними или обойтись без ломания конечностей?

— Зависит от тяжести вины. Если не врут, то по более мягкому сценарию. А уж если что полезет, то решайте сами. Хочется мне точно знать, сами они это провернули или помог кто.

Ну, и связи их поднимите. Кому они платили, чтобы начать по всем фронтам разорять баронский род. Виновных тоже наказать так, чтобы другим неповадно было. Я не потерплю в своей стране взяточничества и кумовства. Аристократ — это в первую очередь честь и достоинство. А если они об этом забыли — что ж, каторга сумеет им восстановить память. И да, напомните этим ведомствам, что не стоит более просто так лезть к Пржевальским. В следующий раз я не буду таким добрым, и вместо вас, сам, лично наведаюсь к ним.

Отдав честь, полковник испарился, а я, наконец отвлекшись от должности вершителя судеб, налил себе ароматный чай.

— Ну как вам Суворкин? Милейший человек, не правда ли? Наговаривают на него больше.

— Это он с тобой милейший, — отозвался Паша. — А с другими цербер. Смотрит так, будто в глотку вцепиться хочет.

— А что делать? Работа у него такая. Зато человек на своем месте и хорошо с обязанностями справляется, что не может не радовать.