– Дерзить незнакомым особям мужского пола в безлюдных развалинах опасно для здоровья, барышня.– Вы мне угрожаете? У меня дядя фсбшник, – уверенно вру я, задирая гордо подбородок. – Он Вас на кол посадит!– На кол сажаю здесь только я…
Оседаю и отключаюсь…
Глава 2 – Хам
Дашка
– Значит, Дарья Любимова… – разглядывает мой паспорт.
Большая комната, похожая на учительскую. Под потолком огромный квадратный плафон."
"У стены кожаный диванчик, над ним карта Питера… А на столе его рельефная уменьшенная копия.
Мой взгляд упирается в высокий пик Лахта Центра. Он словно эрегированный член поднимается над городом. И какой-то он… инородный. Как будто на член натянули зеркальный презерватив. И в своих мыслях я его стягиваю. С щелчком зеркальной резинки.
Мой пленитель цокает языком, чуть заметно закатывая глаза.
– Вот, что в голове у человека, а?..
– Хам, – заглядывает худощавый очкарик. – Вам пиццу заказать?
– Гавайскую.
– Хам… Как филигранно Вам подобрали прозвище.
– Это имя.
– Хам?!
Строго стучит по столу ручкой. Кладёт мой паспорт.
– Как ты там оказалась?
– А вы кто? – рисую пальцем, обводя комнату.
– Вопросы задаю я, ты – отвечаешь.
На основании того, что меня не прибили после удара в пах и даже налили кружку чая после обморока, решаю, что можно умеренно показывать характер. И, сложив руки на груди, упрямо молчу.
– Ты меня, Дарья, утомляешь, время моё тратишь, а я человек занятой.
Дверь открывается. Дамочка на шпильках с вываливающимися из выреза сиськами склоняется перед… Хамом, ставя на Финский залив поднос с дымящейся кружкой.
– Спасибо, Пикс, – застревает на мгновение его взгляд на сферах четвёртого размера.
Чувствую лёгкий укол ревности. О, нет! Не потому, что Хам мне интересен, а потому что я очень уступаю своими формами этой Пикс.
Она отворачивается, демонстрирует такую же роскошную каплеобразную задницу при тончайшей талии.
Эх…
Я скорее спортивна, чем фигуриста. Поэтому люто завидую таким вот девицам. Да и подавать себя так я совсем не умею. Ну не всем же быть вамп?
Опускаю взгляд на свой скромный второй с половиной, уменьшенный до двоечки спортивным бюстгальтером и спрятанный под свободной футболкой.
Бровь Хама саркастически ползёт вверх. Поджимает губы.
– Что? – подозрительно прищуриваюсь я.
– Что ты делала в шкафу? – склонив голову набок, внимательно смотрит мне в глаза.
