Его твёрдые губы жадно сминали мои, а язык не оставлял и шанса отстраниться, увлекая в пучину страсти.
- Я не сказал тебе о главном, поступков достойных не совершил, – Скайлер говорил тихо, чуть отстранившись. - Мне весь белый свет не мил, но судьба подарила тебя. Пусть с тобой мы не вместе, но ты есть. Во снах, в мечтах, в сердце ты - моя!
Стало очень тихо, запредельно, оглушающе. Скайлер, жарко выпалив признание, замолчал. Я судорожно вдыхала его запах и потянулась к губам. Он не напирал больше, лишь дарил всю нерастраченную любовь.
Меня затопило нежностью к этому мужчине. Я цеплялась за его шею, зарывалась в волосы.
- Что здесь, Праматерь вас забери, происходит! Добрачный обряд кто-то отменил?! – обалдело рыкнул Кейден где-то за спиной.
- Помолчи, малыш Кей-Кей! - шикнула на него Йонда.
Скайлер прервался. Я уткнулась лбом в его лоб и, закрыв глаза, всхлипнула. Император крепче обнял меня, посчитав, что я плачу, но я пыталась подавить смех. Откинула голову и рассмеялась громче.
- Ты чего хохочешь-то? Или у тебя истерика? – спросила Йонда, подходя ближе и стискивая в орочьих объятьях.
– Если что, я пару бочонков пойла захватила. Отметим вечером после выставки, обсудим новости. У меня и повод есть."
"- Какой такой повод? – перестав хихикать, отпрянула от подруги.
- Кейден подарил с барского плеча одну из провинций Лестерхема, - призналась Йонда.
- Правда? – посмотрела на фейри, который общался со Скайлером чуть в стороне. Мужчина почувствовал мой взгляд и, повернув голову, подмигнул.
– Это же замечательная новость!
- Ага, всё-таки не зря я помогла ему, – горделиво позеленела императрица.
- И, кстати, всё у него ТАМ нормально, - фыркнула я, пихнув подругу. - Нормальное, боевое и довольно внушительное!
- Проверила, что ли? – громко загоготала женщина, шикнула на неё. Услышат же сейчас!
Потянула гостей к накрытому столу завтракать и сменила тему. Арно и Икера не было, они должны вернуться вместе с родителями. Как оказалось, Скайлер пригласил кучу народа со всех империй на масштабное мероприятие и знакомство с выдающимся, по мнению императора, художником Надарии.
Я смущённо краснела от его комплиментов и, честно сказать, растеклась лужицей, словно кисейная барышня.
Мужья вернулись лишь к полудню и слегка опешили от количества народу в доме. За это время я показала Йонде свои безвкусно обставленные хоромы. И познакомила с Марисой. Орчиха, знавшая мою историю, предложила отдать горничную в её «добрые» ручки.
