— А что тогда? — он осекается, а потом, улыбнувшись, поддевает: — Неужели моя Адалия, которая ловко поставила на место свою мачеху, смогла создать технологию, о которой до этого никто не знал, и даже снискала уважение среди знати, не имея высокого происхождения, плачет, когда все закончилось?
— Дурак! — все же я всхлипываю, и после этого пихаю Тардена в грудь.
Вместо ответа он наклоняется и нежно прикасается губами к моим. Легко, почти невесомо, но в этом поцелуе столько чувств, что я сама не выдерживаю, подаюсь вперед и, обвив шею Ариона руками, с жаром отвечаю.
Мне кажется, на какое-то время мы просто растворяемся, наслаждаясь возможностью чувствовать друг друга.
— Рина и Лира, должно быть, переживают… А я переживаю за тех бугаев, которые побежали за ними."
"Тарден со вздохом разочарования отстраняется, понимая, что я права.
— Тогда идем, проверим, как они, — отвечает он и подхватывает меня на руки, чтобы спустить на первый этаж.
— Я в состоянии сама ходить! — возмущаюсь я.
— Я знаю, самостоятельная моя истинная, — улыбается он. — Но теперь для меня будет подвигом хоть куда-то тебя отпустить. А уж про Ринга, после того как он вернулся только благодаря зову Ранны и нашей ниточке, и говорить нечего.
Качаю головой, но не спорю. Нам обоим сейчас очень важно чувствовать друг друга, нам нужно время, чтобы понять, что хотя бы временно все закончилось.
— Адалия! — верещит Рина, когда видит нас.
— Ар! Слава Праматери! А мы уже не знали, что думать. Сначала Арион словно неживой, потом золотой свет вокруг вас, ослепляющий настолько, что когда мы с Лирой смогли открыть глаза, уже ничего не увидели. Только Алброу… Но он-то уже точно никуда не денется.
Она было кидается к нам, но потом вспоминает о чугунной сковороде в своей руке, поэтому останавливается. Следом выходит Лира с Чесом на плече и тоже сковородой в руке.
“Мы откопали эту гадость! — рапортует мышонок, и несколько серых хвостатых подносят к нас черный кристалл, обрамленный оловом.
— Друзья из деревни охотно согласились помочь. Я же у тебя гениальный полководец!”
Это просто не может не вызвать улыбку.
Тарден ставит меня на ноги и наклоняется к артефакту, но не касается его.
— Эта штука очень похожа на то, что было у старосты, который залезал сюда, — рассматривая, произносит он. — Но мне кажется, что они его улучшили как-то.
