Вышло так, будто я сказала: «как собака на коврике». За все хорошее я бы, кстати, на это с удовольствием посмотрела.
Аринэль поглядела на меня с удивлением, видимо, решив, что девица я ушлая, раз, не успела появиться в замке, как уже согнала распорядителя с его собственной кровати.
Болтая, мы подошли к столовой.
Высокие витражные двери были распахнуты, из помещения доносились негромкие женские голоса. «Невесты, подумал Штирлиц».
За длинным столом сидели девушки. Я насчитала девятнадцать голов. И сразу взгляд выцепил рыжую мерзавку.
Сестричка, она самая! Причем сидела она в конце стола, и лишь напротив нее еще были свободны два места.
Привычно поискала глазами вешалку — ну, не на спинку же стула пристраивать ветровку. Предательница, кстати, уже обзавелась платьем местного покроя — времени даром не теряла.
Впрочем, в одной футболке в замке неуютно. Вовсе не буду снимать куртку.
Хотя неуютно здесь будет даже в шубе — столько ледяных взглядов разом устремились на меня.
Интересно, неужели они все по доброй воле стремятся быть разорванными на куски? Или наивно верят, что какой-то там ошейник удержит чудовище?
Пока я размышляла, Аринэль удружила — села на край стола, оставив мне место напротив рыжей гадюки.
— Как же ты умудрилась очутиться здесь спустя полсуток? — проронила сестрица, неся ко рту ложку супа. — Ведь шла же впереди. А значит, должна была попасть в этот мир еще раньше меня. Где пряталась? Не в лесу же ночевала.
Настя словно бы рассуждала сама с собой, но при этом сверлила меня очень цепким взглядом.
— Не твое дело, где я ночевала, — буркнула, глядя в свою тарелку. Суп из красной рыбы со сливками оказался восхитительным на вкус. По крайней мере, питание здесь на высоте. Откармливают племенных кобылиц?
— Быть может, этой ночью ты уже грела постель герцога? — не унималась паразитка. — И мы все здесь зря на что-то надеемся?! — добавила она, возвысив голос так, чтобы слышал весь стол.
Я чуть не выронила ложку, никак не ожидая такого поворота. Только вчера она бежала за мной, хотела что-то объяснить.
Кстати, интересно, что? А сегодня уже нападает, будто я для нее враг номер один.
Как же я ее плохо знала, оказывается! Накануне у меня в мозгу не укладывалось, что она могла так поступить со мной. Я доверяла ей практически как себе. А вот теперь смотрю, что передо мной совершенно новый человек, будто вижу ее впервые в жизни. Неужели я была настолько слепа? Или она притворялась столь искусно?
— Не суди других по себе, — бросила ей в лицо.
