Кто за этим стоит?
С заледеневшим сердцем смотрю на сталь и тут же спохватываюсь. Нельзя, чтобы он понял, что я заметила. Нельзя выдать себя! Мало ли что сделает.
Нужно что-то придумать. Срочно!
Роняю конфетку и тут же охаю.
— Ой! Какая я неуклюжая, — причитаю я и ползу под стол, а сама судорожно пытаюсь придумать, как быть.
Он ведь не может напасть на меня здесь? Или может?"
"А вдруг это не нож был, а фляжка? Может, показалось в полумраке? Хотя вряд ли. Чего толку себя утешать? Кому же я так мешаю?
— Леди Сайлен, — окликает меня защитник, ныряя под стол следом за мной.
— Я дам вам новую. Поднимайтесь.
— Не нужно, я эту съела, — мигом сообщаю ему, заталкивая конфету под юбку, а за щекой располагаю кончик языка, чтобы было похоже.
В темноте ему сложно уловить все это. Хмурится, а у меня сердце уходит в пятки.
Хоть бы поверил! Хоть бы…
— Может, еще хотите? — настаивает мужчина, пронзая таким взглядом, от которого по спине идут ледяные мурашки.
— Шначала эту шьем, — отвечаю ему, шепелявя, чтобы ничего не заподозрил, а у самой сердце колотится как бешеное.
Никогда не умела нормально притворяться, надобности как-то не было. И теперь в отчаянии отыгрываю так, что хоть номинацию на «Оскар» давай.
— Ладно, — кивает он, затем почему-то смотрит на карманные часы.
Чего ждет? Должен начаться какой-то припадок?
Боже, и как мне быть? Дознавателя звать?
Вся извожусь, ладошки потеют от нервов, думаю, что закричу в случае чего, но не приходится. Дверь за моей спиной со скрипом несмазанных петель открывается, а я чуть ли не реветь сейчас готова.
Боже, как же страшно было…
— Время вышло, — сообщает дознаватель.
И я впервые рада подобным словам.
— Пойдем, за тобой уже приехали, — говорит мне он.
Я спешу встать на дрожащие от напряжения ноги, позабыв, что под туфлей у меня была конфета.
Она хрустит, расколовшись, и вместе с ней хрустит мое сердце. Кидаю взгляд на защитника и сокрушаюсь. Он понял, что это было?
По крайней мере, мужчина хмурится, а я спешу скорее уйти, не зная, чего ждать.
— Гоблины!
Слышу сдержанный рык Рэ-Диша и то, как он вскакивает.
Глянул под стол? Но он ведь не кинется за мной?
Нет. Защитник, видимо, побаивается дознавателя.
А это значит… что они не на одной стороне! И все равно оба против меня.
— Выходи, — поторапливает дознаватель, когда его служилые открывают дверь наружу.
Прохладный ветерок остужает кожу. Только сейчас понимаю, что перенервничала так, что волосы липнут к вискам.
