– Давай-ка сюда зайдем, тебе лицо нужно будет чем-то обработать, скула рассечена.
Я топталась у двери, пока она покупала какие-то лекарства и лейкопластырь. Фармацевт за прилавком поглядывала на меня неодобрительно, но не гнала, и то хорошо.
– Вот, возьми, – протянув мне небольшой пакет, сказала моя спасительница. – Дома промоешь как следует и пластырем заклеишь. Я бы сама сделала, но тебе сперва вымыться не помешает. Ты так и не сказала, где живешь, – выходя следом за мной на улицу, повторила она.
Но меня словно заклинило, я не могла выдавить ни слова, как будто челюсти свело намертво.
Тогда женщина развернула меня к себе лицом и отвесила две такие звонкие оплеухи, что я на пару секунд оглохла, а потом обрела дар речи:
– Не бейте меня, пожалуйста! Я тут недалеко живу, на Парковой…
– Уже лучше, – удовлетворенно сказала женщина и вынула из кармана пачку сигарет и зажигалку: – Будешь?
Я трясущимися пальцами вынула сигарету из пачки и кое-как вставила в рот. Сделав пару затяжек, почувствовала себя немного лучше:
– Спасибо вам за все.
– Да не за что. Тебе повезло просто, что я район этот плохо знаю, заблудилась. Теперь вот без костылей домой придется ехать, а там человек со сломанной ногой. Но хорошо вообще, что они у меня в руках оказались, а то даже не знаю, что бы мы с тобой делали против троих-то.
Я поняла, о чем она говорит – только в нашем районе находилась мастерская, изготавливавшая трости и костыли по индивидуальным размерам.
– Жалко… – пробормотала я.
– Ничего, завтра вернусь сюда утром.
Ты как – нормально?
– Да… спасибо…
– Не за что. Иди домой, прими душ, обработай рану и ложись спать. И – не пей, поняла? Бери себя в руки, а то пропадешь.
И она, махнув мне на прощание рукой, быстрыми шагами направилась к остановке. Я же стояла и смотрела ей вслед, и мне казалось, что вокруг ее головы разливается белый свет – как сияние. Но, возможно, это мне только привиделось.
Аделина
Я ждала звонка. Никогда в жизни, кажется, я ничего не ждала так, как этого телефонного звонка, от которого теперь зависело мое будущее.
Я даже не знала, что скажу позвонившему, как начну разговор, да это было и не важно – лишь бы позвонил, там разберемся. Я пыталась переводить статью американского хирурга-пластика, необходимую мне для работы, но все термины словно вывалились из головы, образовав в моих мозгах дыру. Я не могла думать ни о чем, кроме этого звонка, которого все не было. А что, если он не захочет звонить? Ну, ведь может быть и так…
И телефон зазвонил.
