Под защитой бандита: В зале все в напряжении. Мужчина идет прямо к похищенной женщине. Дуло оружия приближается. Я чувствую ужас, словно в треволненной лентяи. Ощущение — будто попала в мрачную экшн-триллерку. Вместо героя я ожидаю неизвестного спасителя, и тот же похититель о威慑着我。...
Как мне выторговать жизнь для этой женщины? Ненавижу бессилие.
Отпускаю Амалию, иду наверх за Асей.
Девочка сидит в кресле, кутаясь в плед. Пьёт чай из термокружки и смотрит в окно. Вздрагивает, когда я прохожу. Плохой знак. Нужно лечить. Я хотел покорности и смирения, но не в виде запуганной и разбитой женщины.
— Собирайся, красивая.
— Куда? — тихо спрашивает она.
— В городе у меня есть квартира. Побудем там вдвоем пару дней. Нам так нужно сейчас.
— А можно в мою квартиру? Как тогда, когда мы встретились.
— Поехали, сладкая. Все, что хочешь, сделаю для тебя.
Глава 31
Баро
Несмотря на то, что в ее квартире свежий ремонт и мебель, здесь пахнет так же, как в то время, когда я здесь скрывался. Пахнет сладкими духами и чем-то чисто женским. Здесь пахнет Асей. Вдыхаю полной грудью, помогая девочке раздеться. Ася на редкость молчалива и безжизненна. Подавлена. И это плохо. Не хочу ее видеть такой. Все познаётся в сравнении. Оказалось, мне нравился ее характер и дерзкий язык.
— Будешь кофе? — спокойно, даже монотонно спрашивает она у меня и идет на кухню, не дожидаясь ответа.
Иду за Асей, облокачиваюсь на дверной косяк, наблюдаю, как она заправляет кофемашину, стараясь не смотреть на меня. А я впитываю каждое ее движение. Во мне тоже что-то сломалось с громким хрустом. Это моя женщина, и я, наверное, только сегодня осознал, насколько она моя.
— Есть хочешь? — так же безжизненно спрашивает она меня, открывая холодильник.
— Хочу.
Накатывает такая усталость. Если бы не подписка о невыезде, я бы, наверное, улетел с ней куда-нибудь далеко, бросив все. Ася вынимает яйца, ветчину, сливочное масло, сыр. Суетится, ставит сковородку на огонь, закрываясь от меня.
— Тебя больше никто не посмеет тронуть, — обещаю ей я. Кивает, разбивая яйца в сковородку. — Он наказан.
Снова кивает, начиная нарезать ветчину.
— Прости. В том, что произошло, есть моя вина. Нет, она полностью моя. Не уберег.
— Ты не в ответе за других, — холодно отзывается Ася.
— В ответе. В моем мире это работает по-другому.
— Твоей мир ужасен… — с нее слетает маска отстранённости, и голос начинает дрожать.
— Согласен. Мир в общем прогнил, не только в моей реальности. Я просто пытаюсь подстроиться под систему.
— Не понимаю, зачем это нужно, — она забывает про яйца, и они начинают гореть.
