Даю тебе последний шанс…
Воистину испанские страсти.
– Это со мной никто не считается? – проревел как раненый бык барон. – Я – гроза этого города!
Я увидела, как Алиссия обходит стол, подходит к барону на непозволительно близкое расстояние.
– Эмилиано, я думаю о тебе, – она прошептала это так тихо, что я едва могла разобрать.
А затем потянулась к моему дяде… за поцелуем!
От неожиданности я даже случайно стукнулась лбом о створку шкафа, но никто этого не услышал.
Барон Монтеро схватил за подбородок Алиссию, останавливая её, и отчеканил ей в лицо:
– Не смей, ведьма!
– Раньше ты не был против! – в голосе вдовствующей герцогини звучала досада вперемешку с неприкрытым вожделением.
Она потянулась вперёд и потёрлась о дядю всем телом.
Алиссия была очень красивой. Но кажется, дядя уже испил эту чашу сполна, и знал, что представляет из себя женщина, которая так в открытую ему предлагала себя.
– Я был пьян, – отрезал Гробовой Барон, пытаясь оттолкнуть её.
Но Алиссия вцепилась в него и обвила руками его торс:
– Трижды?
– Это было ошибкой! Убирайся!
Вдовствующая герцогиня отшатнулась от дяди, я успела увидеть искажённое злобой лицо, прежде чем она снова повернулась ко мне спиной:
– Не смей так разговаривать со мной! Я же знаю, что ты тоже хочешь меня!
– Алиссия, я тебе ещё в прошлый раз сказал – это наша последняя встреча.
Забудь обо всём, что было. И уходи.
– Вот, значит, как? – вдовствующая герцогиня истерично взвизгнула, театрально приложив руку ко лбу.
– Я пришла к тебе с чистым сердцем…"
"– Ты пришла сюда, чтобы найти девчонку! – рыкнул Гробовой Барон. – Подумала, что я стану посговорчивее, если ублажишь меня?
Барон хрипло рассмеялся, а затем продолжил:
– Я не намерен потакать твоим капризам, поэтому в последний раз говорю – пошла прочь. Иначе выволоку тебя за рыжие космы на глазах у прислуги.
Барон принялся наступать на Алиссию, но она осталась стоять, высоко подняв голову. И как только он приблизился, она подняла руку и коснулась его щеки ладонью.
Лицо барона исказилось яростью, он хотел что-то сказать, но вместе этого вдруг выпучил глаза и часто задышал. А потом издал хрип, упал на ковёр, забился в конвульсиях, а потом затих.
Я с ужасом увидела, как из рук Алиссии снова тянутся нити. Только в этот раз не красные, а чёрные. Они почти касались пола.
Нужно было что-то сделать! Как-то помочь дяде!
Но я не знала, как.
