Достаточно смелую, чтобы возразить, когда я неправ.
Всю жизнь я искал её.
Анну.
Демоны, её имя даже в мыслях звучит иначе – как заклинание, как обещание чего-то настоящего. Дикарка из другого мира, смотрящая без страха в мои глаза .
С каждым вздохом уходящей жизни её образ становится ярче: упрямо сжатые губы, решительный взгляд, и те редкие мгновения, когда она улыбается по-настоящему, без фальши.
Отчаянно пытаюсь заставить пальцы двигаться. Холодный пот выступает на лбу от напряжения. Одна-единственная мысль огнём выжигает сознание – они не оставят в покое Анну.
Иначе зачем принцессе отправлять вестника в Милфорд?
Если я умру, они и от неё избавятся. Если не придумают что-нибудь хуже. Дезмонд не упустит шанса сбагрить дочку кому-нибудь побогаче.
Зверь внутри чувствует мою решимость и отзывается хриплым рыком, невыносимо медленно пробуждаясь от оцепенения.
При мысли о том, что кто-то другой коснётся моей Анны, сердце начинает биться чаще – слабо, но с нарастающим упрямством.
Тот же огонь, что сжигает меня изнутри при одной мысли об Анне, теперь даёт силы бороться с ядом.
В уголках глаз собирается влага. Не от боли – от осознания собственной слепоты. Сколько времени я потерял, гоняясь за призраками, когда единственное, что мне действительно нужно – это она?
Непокорная иномиряночка. Но такая настоящая.
Пальцы левой руки едва заметно дёргаются – первый признак того, что тело снова пытается подчиниться разуму.
Но времени слишком мало.
Час.
Всего час, прежде чем сердце сдастся.
Секунда... Другая... На губах появляется призрак усмешки. Вилмена просчиталась.
Есть лишь один способ выжить. Убрать яд из тела раз и навсегда.
Но цена слишком высока.
Глава 65
Кое-как поднимаюсь на ноги, стискивая зубы так, что они едва не трещат. Каждая мышца горит, будто в неё впрыскивают кислоту. Холодный яд пробирается в каждую клеточку тела, превращая кровь в лёд.
Пальцы немеют, а в сердце медленно вонзаются ледяные иглы.
Но я всё равно встаю.
Я же дракон. Пока ещё.
Шатаюсь, хватаясь за край стола, чтобы не рухнуть обратно. Зверь внутри странно затихает, будто смирившийся с моим решением. Обычно неукротимый и яростный, сейчас он наблюдает со стороны.
Безмолвно говорит: это твой выбор.
Едва оказываюсь на ногах, как слышу шаги в коридоре. Лёгкие, женские. Прижимаюсь к стене рядом с дверью, собирая последние крохи сил.
В комнату заходит та самая служанка, что принесла мне чай.
