– Не волнуйся, – сказал Мэтью и твердой рукой навел дуло пистолета на лоб Монкса.
Хотя Мэтью давно не имел дела с оружием, эта тяжесть пистолета в руке была хорошо ему знакома с детства. Он был отличным стрелком и раньше, бывало, часами стрелял по мишеням, чтобы развить меткость. Как только пистолет оказался у него в руке, все выработанные умения и навыки сразу автоматически вернулись к нему. Он знал, что не промахнется.
– О, Мэтью, пожалуйста, – взмолилась Грейс, и Монкс еще сильнее затянул цепь на ее шее.
Лицо Мэтью потемнело. Монкс заплатит за это, очень дорого заплатит.
– Только не двигайся, стой спокойно, – мягко сказал Мэтью Грейс. Он знал, что если Грейс дернется, то пуля может попасть не в ту цель, которая была намечена.
– Вы слишком хорошо о себе думаете, милорд, – буркнул Монкс. – Вам будет так же трудно убить меня, как вплавь добраться до Америки.
Мэтью опустил дуло чуть ниже.
– Мне всегда нравилось плавать, Монкс.
Не колеблясь ни мгновения, Мэтью нажал на курок. Пуля вошла точно между густыми бровями Монкса.
Серые глаза внезапно расширились, и в них появилось удивление. И тут же его взгляд сделался стеклянным.
Не издав ни звука, Монкс рухнул на пол и увлек за собой Грейс. Когда она падала, из ее горла вырвался возглас ужаса и тут же замер. Казалось, все находившиеся в комнате люди внезапно потеряли способность двигаться и говорить.
Прошло несколько мгновений, прежде чем шок прошел. Уиндхерст бросился к Грейс и принялся распутывать цепь на ее шее.
– О Господи, деточка… Надеюсь, ты не ранена…
– Все в порядке. Все хорошо, – кашляя и задыхаясь, проговорила она. Убедившись, что Грейс и в самом деле не пострадала, Мэтью почувствовал, как мышцы в его теле расслабились.
– Вот ужас-то, – выдохнул Файли, глядя во все глаза на Мэтью. – Никогда не видел такого…
Мэтью облегченно выдохнул, его страх постепенно отступал – с Грейс ничего не случилось. Слава Богу, отец научил его метко стрелять. Его рука опустилась, безвольно повисла вдоль туловища.
Он никогда никого не убивал. Раньше ему казалось, что убийца должен испытывать какие-то сильные ощущения. Но сейчас он ничего такого не чувствовал. Лишь смутное удовлетворение притаилось где-то в его груди.
Подняв голову, Мэтью поискал глазами Грейс. Граф Уиндхерст обнимал ее и гладил по спине. И снова лорда Шина поразила странная схожесть графа и Грейс. И почему она позволила утешать себя этому человеку? Ведь вот он, Мэтью, находится здесь.
