Но мне и он показался райским местом, где царит тишина и покой, относительное место дзена для души, с учетом того, что вечер с каждой следующей минутой неумолимо приближался.
Каждый раз, как у моего босса звонил телефон, я буквально замирала, чтобы не дернуться - все боялась, как бы Вознесенский не потребовал меня к себе. И даже стены этого временного укрытия не спасали, ведь Его кабинет был ровно у меня за спиной! Я как будто кожей ощущала его постоянное присутствие и к вечеру, в результате, чуть было с ума не сошла от переживаний.
Спасибо Альберту Романовичу, что загрузил помощницу ненужной никому работой - перебрать в папках бумаги, все расставить по местам, а потом и в одном из его облачных хранилищ навести порядок - шеф имеет привычку присланные документы скачивать в загрузки, а оттуда их все необходимо по тематикам разложить в виртуальные папки и сохранить, чтобы ничего не пропало. И документов этих - тьма. В каждый вчитаться, решить, куда и как. Никакой сверхсекретной информации.
Днем Вернер уезжал на обед, я же соврала, что тоже ходила, хотя обошлась только водой и чашкой кофе, за которой быстро, буквально просочилась на местную кухню, когда услышала, что Блуд уехал с моим шефом.
А совсем близко к пяти часам, мелькнула шальная мысль сказаться больной и уехать. Но тут же отбросила ее - сбежать, значит позволить ему творить, все, что захочет! А я... я больше не хочу повторения того, что произошло. Это неправильно! Ксения права - совместный ужин окончательно расставит все точки над «и», и выстроит настоящую, надежную стену между им и мной.
А этот инцидент скоро забудется. В этом кабинете мне спокойно и надежно. Мой шеф занят работой, переговорами, на меня практически не обращает внимания и, если мне удастся выстроить с Блудом отстраненные отношения, я даже скоро выходить отсюда смогу спокойно и также спокойно здороваться, разговаривать. С ним. У них с Ксюшей явно происходит какой-то конфликт, и она наверняка захочет влиться в семью, тем самым неосознанно станет для меня настоящим щитом.
Хоть я и по неизвестной причине, уже ненавижу этот самый щит...
Наверное...
Господи, мамочка, на что ты меня толкаешь? С каким бы удовольствием я бы сейчас привычно заперлась дома и делала свои обычные заказы. Одна, в четырёх стенах, со своей подушкой и компьютером. И никого. Никаких мужчин. Может быть...
Может быть, у меня уже развился страх к ним, к их близости, на почве плохой истории с отцом. И того... что он как-то раз пытался со мной сделать.
