Я Максим Темников. Мне четырнадцать лет и во мне живет дух некроманта. Я учусь в магической школе, где все старше меня как минимум на пару лет, и регулярно попадаю в кабинет директора за всякую ерунду. А еще я обладаю Темным даром и могу… Стоп! Об этом потом. По-моему, я опять нашел какое-то приключение…...
— Для начала я бы хотел, чтобы ты взглянул вот на это… — сказал Воробьев, затем вытащил из внутреннего кармана пиджака толстый конверт и передал его мне. — Там фотографии. Не очень приятные, если что. Я надеюсь ты не слишком впечатлительный?
Фотографий было около десятка. На всех из них было одно и то же — отрезанные человеческие головы. Трудно было разобрать что к чему — я ведь нечасто рассматривал фотографии мертвецов, так что зрелище было необычным. Но насколько я смог понять, головы были разными.
Хотя я не уверен.
— Человеческие головы? — спросил я у майора.
— Именно, — сказал полицейский и осторожно взял у меня из рук фотографии. — Шесть отрубленных голов, Максим.
— Мне показалось их десять…
— Некоторые из них просто сфотографированы с других ракурсов, — сказал майор. — На самом деле их шесть. Я понимаю, все они в таком состоянии, что и не всякий профессионал их различит.
— Что за темные узоры у них на лицах? — спросил я.
— Вот! — поднял указательный палец вверх Воробьев. — Теперь мы и переходим к самому главному. Собственно говоря, только из-за этих надписей мы и попросили помощи у тайной канцелярии. У них там есть специалисты, которые часто помогают нам в таких вот сложных ситуациях. Сами понимаете, в полиции Одаренных практически нет, не то что в ведомстве Голицына… У нас ведь служить не очень престижно… Вот и приходится за помощью к коллегам идти.
Он задумчиво посмотрел на меня и добавил:
— Честно говоря, я был сильно удивлен, когда Голицын сказал мне о вас…
— Угу, — кивнул я. — Он мне звонил вчера вечером. Я ему сказал, что помогу вам. Вот только пока не очень понимаю в чем будет заключаться моя помощь?
— Нашими специалистами было установлено, что все шесть убийств ритуального характера, — сказал майор, пряча конверт с фотографиями обратно в карман пиджака.
— В самом деле? — удивился я. — Мы такого еще не проходили. Не думал, что у ведьм есть собственные руны. Ну и что там написано?
— Понятия не имею, — пожал плечами майор. — К тому времени, когда мы находим останки, эти узоры сильно расплываются и становятся непригодны для расшифровки.
