— Товарищи, — начал майор Колокольный, — прежде всего хочу выразить восторг и удивление по поводу того, что происходит у вас на заводе! Я тут экскурсантом несколько дней походил, и до самых печёнок меня пробрало — какую же махину вы строите, товарищи! Сколько героического труда она требует! Сколько знаний, смекалки! Первый в мире атомный ледокол!..
Собрание помалкивало. Парторг ЦК согласно кивал.
— Но я тут не для того, чтобы выражать восторги и восхищаться честными тружениками. Есть и такие, которые мешают, портят, вредят! Да, именно так, товарищи! Вредят!
Сергей Ильич поймал на себе несколько взглядов, весь ощетинился и приготовился защищаться.
Колокольный тоже мельком глянул на него.
— Вот начальник Главного конструкторского бюро тоже… пострадал от, прямо скажем, клеветы.
— Кто же это оклеветал уважаемого Сергея Ильича? — осведомился Гицко. — Уж не на меня ли вы намекаете?!"
"— Да не намекаю я, а прямо говорю! Вы, гражданин Гицко, получив назначение на Адмиралтейский завод, узнали Сергея Ильича! И вам ничего не оставалось делать, только с ним расправиться.
Гицко сделался весь красный и стал подниматься со всего места.
— Позвольте, что это за гнусная болтовня?! Что вы себе позволяете?! Я ведь не посмотрю, что вы из госбезопасности, сейчас не тридцать седьмой год! Я генерал, и со мной нельзя разговаривать в таком тоне!..
— Вы шпион, — сказал Колокольный равнодушно. — И не вскидывайтесь, вы разоблачены.
— Что-о-о-о?! — вскрикнул директор.
Парторг ЦК вскочил и замахал на Колокольного руками.
— Товарищ майор, этого не может быть! Вы ошиблись! Генерал Гицко всю войну прошёл, на кадрах сидел, что вы!
Все шумели, кричали, махали руками.
Гицко уселся и, улыбаясь, принялся перебирать бумаги в папке. Колокольный пережидал шум.
— Товарищи, — заговорил он, когда стало потише, — строительство атомного ледокола хоть и не является секретным заданием партии и правительства, но всё же наши противники дорого бы дали за то, чтобы достоверно знать, что именно тут происходит.
Недавно сенатская комиссия в Североамериканских Штатах сделала вывод, что строительство ледокола — обман, потемкинские деревни, никакой ледокол на Адмиралтейском заводе не строят, а просто морочат головы западному миру.
— Как — морочат головы? — недоверчиво спросил главный технолог, который точно знал, что он строит именно атомный ледокол.
