— Мама купи мне ещё муравьёв? Эти кажется сдохли, — трясет свой “террариум” с муравьями.
Муравьи начинают бегать по стенкам.
— А нет…. живые. Можно в школу взять?
— Нет!
Грустно вздыхает.
— Мам.... Оденься нормально. Ходишь как лохушка... - разглядывает меня скептически Алина.
— Почему это как лохушка? Это дорогой кашемировые свитер.
— Как у бабки.... - фырчит. — С твоей грудью и попой надевать свободные свитера — это плюс десять килограмм зрительно. Как будто у тебя там живот и бока. А тебе надо талию подчёркивать! Она у тебя офигенная.
Каблуки надень и платье! То самое...
— Знаешь что... Я не на модный приговор еду.
— А куда ты, кстати?
Вздыхаю, печально усаживаясь на пуфик в прихожей.
— В общем, девочки... Папа ваш....
Замирая, разворачиваются, заглядывая мне в глаза.
— Папа ваш с его тетей Ниной подали заявление, чтобы им дали на вас опеку. Я, конечно, понимаю, что у него ""условия"" там... И денег больше.... Режим…
Опускаю лицо в ладони.
— Мам, ты чего?! Мы не пойдем! Мы с тобой хотим жить, да, Ирыч?
— Куда пойдем? — не сообразив, испуганно шепчет Иринка.
— А у нас с вами нет ""жилищных условий"", вот. И белой зарплаты.
Хлопая глазами, растерянно переминаются с ноги на ногу.
— Мы не поедем к нему....
— К сожалению, это так не решается. Папины адвокаты найдут сотню доказательств тому, что я плохая мать. И фотки твои “голые” и Иришкины экскурсии в травматологию. И ещё что-нибудь! Он ограничит меня в правах. А вас заберут к папе.
— Удалила я фотки!
— Поздно… Уже заскринили.
А я тебя сколько раз просила — не выставляй фотки!
— Мы ему дом шожжем, да, Алиныч? — воинственно пошлепывает ступней по полу Иринка.
Они постоянно ссорятся между собой. Но стоит возникнуть внешней угрозе — “мы команда”!
— Ир! — жалобно смотрю на неё. — Ты вслух такого не скажи нигде! Скажут, что я тебя бандиткой воспитала. А у нас и так... предупреждение.
— Ладно... Я ему молча шожгу. Нечаянно.
— Не надо ничего жечь. Я встретила одну семью в опеке. Папа там с двумя детьми. Мы договорились друг другу помочь.
У них тоже проблемы... И вот, у них большой дом. У него хорошая официальная работа. Его зовут Добрыня Никитич...
— Гыы.... - хихикает Иринка, демонстрируя отсутствие двух верхних зубов.
— Ир! — строго смотрю на неё. — Короче, если мы сейчас договоримся о деталях, то переедем к ним. С Добрыней Никитичем мы фиктивно поженимся. И будем большой показательной семьёй для всех.
— Мда. Так себе план, мам. А долго? — страдальчески смотрит на меня Алина.
