В дверях старого замка ждет молодая ведьма девятнадцати лет, обреченная на непредсказуемые приключения за неудачным зельем. Каждое заклинание и каждая встреча на расстоянии призывают новых врагов или откроют тайны древних магических сокровищ. В ее душевных струнах играет незримый дух любви, притягивающий к себе героев разных миров и времен....
Рыж, уже находясь под действием каких-то психотропных средств, почувствовал, что его якорю грозит опасность, и…
Вы когда-нибудь видели, как меняют ипостась демоны-берсеркеры? Нет? Вот и для меня это было впервые."
"Констан просто застыл на мгновение, напряженный и какой-то встревоженный, словно зверь, застигнутый врасплох. А в следующий же миг его глаза затопил багровый туман, волосы существенно удлинились и даже на вид стали тоньше и жестче. Одновременно с этим его фигура раздулась вширь и вытянулась. За какие-то доли секунды он стал почти на голову выше себя прежнего и раза в два мощнее.
Все это происходило в оглушающей тишине и под пораженными взглядами темных леди.
И прежде чем жрицы успели среагировать, он вклинился между Маем и темной леди.
— Попр-р-рошу без р-рук, — рыкнул мой друг, жестом оттесняя дровенка себе за спину. — Не люблю, когда тр-рогают мое. Май здесь со мной. Точка.
И ведь не поспоришь… С демоном-берсеркером в полном обороте вообще сложно спорить…
— Но… — растерянно начала она.
— Простите, что вмешиваюсь, но вам лучше не дразнить берсерка в полном обороте. Тем более не стоит угрожать тому, кого он взял под крыло, — произнесла я, вновь переводя внимание присутствующих на себя. Получилось, надо сказать, из рук вон плохо — темные леди и не думали выпускать из зоны внимания своего жреца и его новое ручное чудовище.
— Берсеркер? — недоуменно повернулась ко мне верховная жрица. Вблизи она выглядела еще моложе. И у нее были точно такие же, как и у Мая, большие серые глаза, да и взгляд… очень похожий. Неужели еще одна родственница?
— Именно. А Майсиль — его якорь. И Констан интуитивно чувствует, когда его подопечному грозит опасность, и действует соответственно.
Жрица нахмурила изящные белые бровки, но все-таки отступила на шаг. Не могу сказать, что это безопасное расстояние, но теперь Рыж хотя бы не рычит.
— И что же вы прикажете нам делать? Вы отнимаете саму нашу жизнь! — обличительно воскликнула она, обращаясь ко мне.
Я тяжело вздохнула. Не люблю, когда на меня так смотрят.
— Я предлагаю вам просто принять наше предложение.
