У причальной мачты несколько десантников периодически выхватывают из очереди пассажира, отводят в сторону и роются в вещах. Законное требование, отказ считается преступлением.
— Вы интересный человек, синьор…
— Спенсер, — представился Лайерак. — Густав Спенсер.
— Алоиз Кудро. — Клетчатый жмет Огнеделу руку. — Лечу на Каату.
— Нам по пути.
* * *— Ваше имя? — поинтересовался начальник полиции.
— Кэмерон… Эмиль Кэмерон.
— Возраст?
— Тридцать два года.
— Вы анархист?
— Да.
Карчебрад упивался ролью победителя, сумевшего нанести террористам серьезный удар.
Он вел пресс-конференцию с жеманством провинциального конферансье, постоянно оборачивался к репортерам и замирал, позволяя фотографам сделать «исторические» кадры.
О том, что доблестная унигартская полиция прозевала похищение Гатова и покушение на каатианского посланника, Карчебрад старался не вспоминать.
— Откуда вы?
— Родился на Бахоре, учился на Галане, сюда прибыл с Кааты.
— Вы всегда носите бороду?
— Нет.
Нам приказали отрастить их, когда мы прибыли на Кардонию.
— Удивительный факт, не так ли? — театрально обратился к репортерам Карчебрад. Выдержал паузу и продолжил допрос: — Зачем вы прибыли на Кардонию?
Сидящий на подиуме мужчина опустил голову. Может, от стыда, а может, от неуверенности: никогда раньше Кэмерону не доводилось становиться объектом пристального внимания репортеров. А их в большой зал Совета Унигартских Общин набилось немало: как местных, представляющих ведущие кардонийские издания, так и со всех развитых миров.
Жестокое убийство Фредерика дер Саандера и его молодой супруги потрясало Герметикон, шок на Каате, ярость в адигенских мирах, невнятные соболезнования галанитов… Никто не знал, что будет дальше, и отловленный террорист должен был стать ключом к происходящему.
— Зачем вы прибыли на Кардонию? — повторил Карчебрад.
— Я солдат, я приехал воевать за свои убеждения.
— Каким образом воевать?
Молчание.
— Вы причастны к уничтожению канонерских лодок?
— Да.
— К разрушению железнодорожного вокзала?
— Да.
— К поджогу «Герметиконского вестника»?
— Да.
— К убийству посланника дер Саандера и его супруги?
— Нет, — гордо отрезал Кэмерон. — Но только потому, что я причастен к покушению на консула Махима. В противном случае я обязательно отправился бы убивать каатианцев.
— Кто вами руководил?
— Огнедел.
Репортеры едва не взвыли от восторга.
— Повторите, пожалуйста.
— Огнедел.
