Я люблю спорт, и время для тренировок на льду ценю так же, как и он.
Он проводит рукой по лицу и выдавливает улыбку.
– Не хочу, чтобы это повлияло на нашу дружбу… То есть на дружбу, которая может быть.
– Ты думаешь, что хорошая дружба начинается со лжи?
– Нет, но… – запинается он. – Я не хотел тебе лгать. Моя команда даже не знает, и, клянусь, произошло совсем не то. Твой партнер тоже лжет.
Зря я пришла на эту вечеринку.
– Чудесно, значит, мне все лгут. Фантастика, – саркастически заявляю я. – Забудь, все хорошо.
Хоккеисты могут сами о себе позаботиться, а остальные… ну, не знаю, пусть катятся ко всем чертям, что ли.
Вряд ли доктор Эндрюс, мой долготерпеливый психолог, был бы сейчас мной доволен. Общение – это самое главное, как он говорит на каждом сеансе уже больше десяти лет. В принципе, я общаюсь с людьми, не очень хорошо, но это все равно считается. Не знаю, как сказать Нейту, насколько меня подавляет вся эта ситуация, и при этом не показаться излишне драматичной. Может, я хреново стараюсь не реагировать так, как рассчитывает Аарон, но тут я виню алкоголь и то, что сегодня плохо поела.
Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но Нейт ловит мою руку. Оглядываюсь и вижу, что его лицо смягчилось.
– Честно, он с ней только переспал. Он не знал, что у нее есть парень. И нет никакой беременности.
Похоже, он говорит искренне, но так же мне казалось и раньше. Повернувшись к нему, я делаю шаг назад, чтобы оказаться подальше, но он не отпускает мою руку.
– Без обид, но твои клятвы ни хрена не значат.
Ты понятия не имеешь, под каким давлением я нахожусь, на какие жертвы мне пришлось пойти. Ты не понимаешь, каково это – знать, что все висит на волоске, потому что какой-то парень не знал, куда сунуть свой член.
Он сдвигает брови – возможно, в недоумении.
– Висит на волоске? Ты преувеличиваешь. Если мы не будем реагировать чересчур остро и будем сотрудни…
Я практически ощущаю, как вскипает кровь. Ясно, что он понятия не имеет о том, к чему приведут ошибки его команды.
У него для победы есть целая команда, а у меня – только Аарон. Мы не выиграем, если не будем тренироваться как следует. А если не выиграем, то не попадем на Олимпиаду. Если мы не поедем на Олимпиаду, то какой, черт возьми, смысл во всем этом?
Вот почему в Мейпл-Хиллс два катка. Вот почему отсюда выходят лучшие в стране спортсмены. Мы лучшие, потому что школа заботится о том, чтобы нам хватало места и времени для тренировок.
