Первая любовь Маши оставила после себя раны и кровь на запястьях. Вторая любовь вернула девушку к жизни. Отец и сын. Прошлое и настоящее. Выбор, который ей предстоит сделать. Кому она скажет «Не ты?»Друзья, в теме будет присутствовать мат. В целях достоверности подачи материала — без этого не обойтись.История Маши (сестры Ивана из Чемодана). Книги вполне можно читать отдельно....
Как дела? Я писал тебе…
— Да, извини! Я видела, но не смогла ответить. Приболела немного.
— Что-то серьезное?
— Да нет, простуда, но чувствовала я себя отвратно. Так, что ты хотел?
— Ты знаешь…
— Сев, ты опять за свое? — устало вздохнула Маша. Она была растеряна. И не понимала, как реагировать на его признания и намеки. Мура ясно дала понять, что между ними ничего быть не может, она была честна. Однако в то же время ей льстило, что такой парень, как Сева, всерьез верил в то, что в нее влюблен. Это тешило самолюбие той забитой девочки, которой Маша была еще совсем недавно, и она солгала бы, если бы сказала, что признания Богатырева оставляли ее равнодушной.
— Опять, — притворно раскаялся он, — ничего с собой не могу поделать. Слова, будто лезвия, рвутся из глотки. Знаешь, как больно их глотать вновь и вновь?
— Сева… — невольно голос Маши стал тише.
— Я представляю тебя с ним и…
— Сева, не надо!
— Я убить его готов, веришь?
— Прекрати! Я не хочу этого слышать. За что ты так?
— Не могу, не могу больше! Ты не отвечала, а я с ума сходил!
— Прости… Но это неправильно, понимаешь? Ты… если, правда, любишь, когда-нибудь меня поймешь.
— Подожди! — как будто чувствуя, что она уже готова отключиться, выпалил Всеволод, — подожди… — на несколько секунд он замолчал, будто бы обдумывая свои дальнейшие слова, или собираясь с силами, — Я понимаю… Просто… Черт! В общем, сегодня первый выпуск шоу по ящику.
— Ух, ты, круто! Поздравляю!
— Да не с чем еще… Хотя и обещали шепнуть в конце, кто пройдет дальше…
— Вау…
И снова тишина, а потом его хриплые торопливые слова:
— Если пройду в финал, нас на некоторое время изолируют, оградят от контактов извне… Ну, ты в курсе этих чертовых правил!
— Да."
"— Просто знай, что я тебя люблю. Возможно, неумело и неправильно.
— Сев…
— Ладно! В ж*пу! — голос Богатырева наполнился злым отчаянием, Маша приложила руку к колотящемуся что есть силы сердцу.
— Зачем ты так? — шепнула она.
— А, не бери в голову! Если оно тебе и даром не надо, что толку тогда вываливать это все?
— Я не хотела тебя обидеть. Пойми же… не то, чтобы даром не надо, я… просто не могу ответить тебе взаимностью. Так что…
— Ладно, — отвечает тихо, — ладно… пока.
