С утра ведь заплетала их в косы, но моя дочка такая непоседливая, что уже успела растрепаться. – Давай-ка нам сюда эту микстуру и иди варить кашу, дочка, – протягивает свекор руку к лекарству, и я, вздохнув, передаю ему бутылочку.
Иду на кухню и ставлю на огонь воду в ковшике. Наша малышка готова есть кашу на завтрак, обед и ужин. Аппетиту этой маленькой девочки можно только позавидовать.
– Я дома! – кричит из холла муж, и я, уже зная, что он сам найдет меня, продолжаю промывать рис. – Эй! Ау! Где папина принцесса?
– Папина принцесса занята! – кричу я.
– Это чем же это? – появляется в дверях Халид.
– Знаешь, мне бы начать обижаться, что первым делом ты начинаешь искать дочь, а не меня, – картинно дуюсь на него я.
– О-о-о, моя ревнивая Губастая подняла свою голову? – ухмыляется он, подходя ко мне.
– Я покажу тебе ревнивую…
Договорить мне не дают. Муж самым наглым образом затыкает мне рот своими губами, целуя так, что я забываю обо всем на свете. Просто вплетаю руки в его волосы и тяну его ближе.
Соскучилась за утро. Он ушел, еще когда мы с малышкой спали.
– Как позанимались? – пытаясь восстановить дыхание, спрашиваю я, стоит ему от меня отлипнуть.
– Отлично! Сашка такой молодец! Скоро даст жару нам с Ратмиром!
Они втроем вот уже полгода занимались трижды в неделю. И так как сегодня была суббота, к тренировке добавлялся еще и футбол.
– До сих пор не верится, что он даже ходить не мог, – грустно улыбаюсь я, вспоминая былое.
– Не думай о грустном.
И… Это что каша? – не договаривает муж, смотря на меня с удивлением. – Я думал, мы отучаем Ясю от нее.
– Отучаем, – ворчу я, наконец отправляя рис в кастрюлю. – Но это был единственный верный способ уговорить ее принять лекарство. Папа пошел играть с ней в ее комнату.
– Тогда это отличный способ пошалить… – выдыхает он мне на ухо, прижимаясь пахом к моей попке,
– Не веди себя как озабоченный подросток! – хихикаю я, пытаясь его оттолкнуть. – Марина же в доме! – напоминаю я ему о нашей домработнице.
– Отлично, поручи ей готовку, и пошли в комнату, – не унимается муж, щекоча губами мне затылок. Руки безостановочно гладят меня, вызывая мурашки по коже.
– Халид, ты что? Все же поймут, чем мы занимаемся, – не сдаюсь я, становясь пунцовой от смущения.
– А мы быстро, – продолжает он уговаривать, но я высвобождаюсь из тесных объятий и строго заявляю своему маньячному мужу:
– Вечером, всё будет вечером, когда наша принцесса ляжет спать.
