Книга Пламя Этерны — читать онлайн бесплатно полностью

Всем назло!

Ринальди Ракан взмахнул рукой, повернулся и быстро пошел в глубь галереи. Он сумел не оглянуться, заворачивая за угол. Оборачиваться – дурная примета.

13. Эпиарх

Больше всего эпиарх-наследник хотел вернуться назад. Если бы можно было остановить время, чтобы утро у Ветровой башни никогда не наступило. Чтобы не было темных лохматых кипарисов, пролетевшей сквозь арку белой острокрылой ласточки, ощущения непонятной тревоги, выбежавшей из-за угла Беатрисы. Эрнани взял лист и набросал женскую фигуру с тонкими ногами и руками и уродливо выпирающим животом, так непохожую на величественные статуи, которые ему приходилось рисовать.

Звон, скрип двери, знакомые тяжелые шаги.

– Я увидел у тебя свет.

– Не спится.

– Мне тоже. – Анакс зажег еще два светильника и сел на край стола. – Вторая ночь оказалась еще хуже первой.

Брат не уточнил, что имел в виду, но Эрнани понял – брат говорит об Анэсти. Когда тот погиб, им всем было больно, но смерть Анэсти была просто смертью, хоть и нелепой и неожиданной. Анакс по праву слыл отменным наездником, поспорить с ним мог разве что Ринальди, и все-таки брат не справился с взбесившейся лошадью и вместе с ней рухнул с обрыва на глазах многочисленной свиты. В пору зимних дождей вода в озере Быка стоит высоко… Эрнани никогда не покидал Цитадель, но по чужим рассказам знал, что Ринальди прямо в одежде бросился за братом.

– Ринальди всегда бросался на помощь, – видимо, они с Эридани вспомнили одно и то же, – я не понимаю, что с ним случилось. Наверняка между ним и Беатрисой было что-то, чего мы не знаем.

– Я тоже так думаю, но теперь ничего не исправишь. Эрно, откуда в Рино столько злобы? Как это ни страшно признать, я был бы спокойнее, если бы знал, что он мертв.

– Про тварей?

– Нет, про заключенную там смерть, с которой можно договориться.

– О таком я не слышал, но ведь… Рино не первый.

– Не сравнивай тех древних эпиархов с Ринальди. Я просмотрел хроники тех лет – оба осужденных были жалкими людишками, не способными ни на настоящую ненависть, ни на упорную борьбу. Я очень боюсь, Эрно, очень.