Хотелось бы в этот момент порадовать себя верой в лучший исход, но я прекрасно понимала: хорошее отношение — ещё не гарантия благих намерений. Пусть во дворце меня оберегали от “грязной” информации, но до меня всё равно доходили слухи о торговцах живым товаром. Потому мне прекрасно было известно, что чем ценнее добыча, тем больше её берегут. А раз бывшая королева Илруна попадает в категорию не только ценных, но и уникальных товаров, то рано расслабляться.
— Убери, — послышалась глухая команда, после чего тяжёлое покрывало из шерсти, которым меня защищали от зимней стужи, исчезло.
Кожу сквозь платье обожгло прохладой, а глаза ослепило слишком резким контрастом света после тьмы, и я была вынуждена на короткий миг сомкнуть веки. После чего аккуратно приоткрывая глаза, дала зрению привыкнуть к не такому уж, как оказалось, яркому освещению, чтобы тут же незаметно осмотреться.
Вокруг обнаружилось что-то вроде наспех возведённого шатра.
Отрезы промасленной и выбеленной кожи были натянуты прямо посреди густо стоящих деревьев, тем самым создавая защиту как сверху, так и по сторонам временного убежища — теперь в этом защищённом лесном лабиринте легко можно было удерживать тепло, а ещё не выдавать своего местоположения светом фонарей. Удобно, практично, но… совсем не в духе моего тайного родственника. Такими шатрами обычно пользуются именно северные племена варваров, и это осознание снова всколыхнуло во мне дурное предчувствие.
А беглый осмотр присутствующих в этом шатре только укрепил его.
Как хорошо, что я не спешила радоваться раньше времени — теперь спрятать разочарование будет куда проще. А всё потому, что по мою душу явился кто-то незнакомый. По крайней мере, ни одного из застывшей рядом четвёрки узнать так и не удалось.
Ближе всего ко мне стоял жилистый, высокий парень. Именно он снял с меня покрывало, и, так понимаю, именно его плечо оставило приличного размера синяк на моём животе.
Поначалу этого парня, можно было принять за одного из диких северян — присущие им доспехи из дубленой кожи и шкур их добычи (чаще всего медвежьей) сразу бросались в глаза — однако его внешность совсем не вязалась с варварами, чей рост и мощь вселяли ужас в их врагов."
"Первый увиденный мной похититель скорее напоминал человеческого собрата вёрткого лиса, чем грозу северных медведей.
