Иронично.
Всего несколько месяцев спустя, по приказу как раз этого предателя с меня сорвали регалии, тем самым подписывая смертный приговор. Да, трудно в этом отыскать мою вину. Вот только я сама пожелала сменить роль номинальной королевы, заправляющей только внутренним дворцом, на обязанности полноправной правительницы. Как только мне открыли доступ к государственным тайнам, я оказалась лишена возможности быть помилованной.
И всё же, будь в Лиаме хоть немного тех чувств, о которых он говорил, то не позволил бы закончиться всему именно так.
К тому же сохранить жизнь редкому заклинателю куда важнее, чем соблюсти жестокие традиции страны.
Лиам — король, он осознавал важность моей силы, и у него имелись все нужные полномочия, чтобы защитить меня. Например, запереть в какой-нибудь отдалённой крепости, наложив хоть десяток магических печатей. Однако правитель Илруна решил пренебречь законами только ради едва появившейся во дворце фаворитки, а не женщины, что росла вместе с ним, что была у истоков его правления и оставалась ему верна.
Пожалуй, это к лучшему. Так во мне однозначно не останется места сомнениям. Сейчас главное пережить ближайшие сутки, а затем меня…. “похитят” из-под конвоя, которому не суждено доставить бывшую королеву в Обитель, чтобы позже у меня появились шансы на корню изменить недавно дорогое королевство.
Глава 3
* * *Сколько себя помню, меня учили не только скрывать эмоции, но и подавлять любые намёки на их проявления. Жизнь при дворе не располагала к наличию слабостей.
Раз уж каждый в твоём окружении проверяет тебя на прочность, ты не имеешь права показывать свои истинные чувства, тем более, если это — страх или злость. Как только оппонент добьётся от тебя либо одной, либо другой эмоции — ты проиграла.
Вот и мне, как избраннице кронпринца, а позже жене почитаемого короля, не пристало поддаваться низменным страстям. Правда, я уже нарушила въевшиеся в саму мою суть порядки — последние дни во мне клокочет, то холодная ярость, то праведное желание отомстить.
И теперь мне снова не удалось сдержаться.
Как только повозка неожиданно вздрогнула, меня накрыло волной страха, а затем и вовсе утопило в ужасе, когда моя темница резко накренилась, чтобы со скрипом завалиться на бок."
"В этот отчаянный момент можно было только порадоваться, что в данном экипаже вообще не предусмотрены ручки с внутренней стороны. Так же как и окна. Крохотный зарешеченный проём для циркуляции воздуха не считался.
