Я открываю рот, чтобы огрызнуться, но понимаю, что ссора с ним только ухудшит его манеру вождения. Поэтому я закрываю рот и позволяю ему сосредоточиться.
Рев сирены, раздающийся позади нас, заставляет нас всех напрячься на своих местах. За ней следуют еще несколько сирен, пока это не становится похоже на поток разъяренных полицейских машин.
— Дерьмо, гребаное дерьмо, — ругается Бейн себе под нос.
В зеркале заднего вида мелькают синие и красные огни, приближаясь с каждой секундой. Бейн резко жмет на газ, машина опасно виляет из стороны в сторону.
— Бейн! — кричу я. — Держи эту гребаную машину прямо!
— Я, блять, пытаюсь! — пот стекает по его лицу, белые костяшки пальцев крепко сжимают руль, пока они не становятся красными.
Полицейские машины приближаются. Я кручусь на сиденье, рыча, когда мой обзор закрывает барьер и толстая голова Кроноса.
— Кронос, пригни голову!
Машина дергается, и я вынуждена повернуться и смотреть, как машина едва не съезжает с обочины в кювет.
Бейн едва успевает выровнять машину.
"
"— Сколько машин позади нас? — кричу я, не в силах оторвать взгляд от дороги.
Я сую лицо в зеркало заднего вида, считая машины, как раз когда Мортис объявляет:
— Шесть.
Шесть?!
— Черт, — бормочет Бейн, сосредоточенно склоняясь всем телом к рулю.
Проходит всего две минуты, и копы оказываются прямо у нас на хвосте. Они вынуждены держаться прямой линии, поскольку по другой стороне дороги проезжают другие машины.
Машина снова дергается, и я просто знаю это.
Мы разобьемся.
Из-за нервов Бейн теряет контроль над машиной.
Мы уходим влево. Бейн пересиливает себя и крутит руль вправо, пытаясь вернуть нас на дорогу. Но ему это не удается. Машина дергается слишком быстро, и ее заносит на противоположную часть дороги. Нас полностью заносит в сторону, машина теряет управление и дико трясется, пока Бейн пытается повернуть руль.
— Бейн! — кричу я, когда машина резко дергается. Через секунду раздается хруст металла.
Один из них врезался в нас!
Моя голова отлетает в сторону, сильно ударяясь об окно прямо перед тем, как машина поднимается.
Все мое тело теряет вес, ударяясь о крышу машины за секунду до того, как мой мир начинает стремительно вращаться. Все происходит в замедленной съемке и слишком быстро одновременно.
Машина катится четыре или пять раз, мое тело небрежно кувыркается по машине, прежде чем мы наконец ударяемся о землю от сильного толчка. У меня звенит в ушах, громкий вой отдается в черепе.
