Люди выглядели крайне испуганными, взирая на нас и на разбитый окровавленный дом, а наши бравые воины… рыдали, не смея верить своим глазам: они только что увидели великое чудо ВОСКРЕШЕНИЯ ИЗ МЕРТВЫХ!
* * *
- Ты молодец! - прошептал Рафаэль, прижимая меня к своей груди. – И слава Творцу!
Мы спрятались в тени дерева, надеясь скрыться от чужих глаз, и Рафаэль пытался успокоить мое ещё трясущееся тело.
Не знаю почему, но я и сама была глубоко шокирована произошедшим чудом, потому что совершенно на него не рассчитывала.
- Ты знаешь, - прошептала я тихо, стараясь не сильно цокать зубами от дрожи, – в этом сегодня было что-то очень особенное… Похожее на ту самую энергию, о которой говорил Ангел. Я почувствовала твое ментальное прикосновение, и это произошло! Это невообразимая сила, Рафаэль! Она… невероятна! Но… больше я не смогу. У меня словно не осталось сил…
Он вдруг резко наклонился и поднял меня на руки.
- Рафаэль! Так нельзя! Опусти меня на землю! – вяло запротестовала я, но сама прислонилась к его груди и блаженно закрыла глаза.
- Мне все равно, - прошептал он. – Пусть рубят мою голову хоть прямо сейчас! Но они не посмеют! Отдыхай! Просто расслабься…
Он присел на землю, не выпуская меня из рук, и еще крепче прижал к себе. Я действительно уснула.
Проснулась от гула голосов над своим ухом. Открыв глаза, с ужасом увидела перед собой солдата, что-то сообщающего Рафаэлю о последнем этапе захоронений. И хотя солдат старался выглядеть невозмутимым, однако же его щеки запылали, а один глаз начал немного подергиваться от вида наших с Рафаэлем нежных объятий.
Я резко дернулась, пытаясь скрыться от неминуемого позора и разоблачения, но Рафаэль напряг могучие мускулы и не позволил мне сдвинуться с места. Он, как ни в чем не бывало, давал солдату распоряжения, а мне оставалось только крепко зажмурить глаза и продолжать покорно лежать на его груди.
Когда воин ушел, я немного приподнялась и укоризненно посмотрела Рафаэлю в глаза.
- Нам же нельзя так! – проговорила я тихо.
– За отношения с мужчиной – смертная казнь, ты не забыл?
Рафаэль презрительно хмыкнул.
- Ну и пусть попробуют казнить генерала в разгар кровопролитной войны!
- Но может, это безрассудно – давать им повод?
- Безрассудно не заботиться о тебе! – проговорил Рафаэль с нежностью и прильнул ко мне с поцелуем.
- Кх-кх, - послышался знакомый вежливый кашель.
Я оторвалась от губ Рафаэля, отвернулась подальше и закатила глаза.
