Автор
Взгляды на обыденные вещи меняются внутри уютного кафе "Букет прекрасных дам". Здесь все подчеркивается нежностью и вежливостью, будь то галстуки для мужчин или шляпки для женщин. Снег за окном играет зеркальными отражениями на стеклах, создавая атмосферу забытой роскоши и теплоты....
Вынул конверт, вскрыл его, вытащил завещание и уставился в текст. Так. Рита могла распоряжаться деньгами только после своего тридцатилетия. До этого капиталом должен был управлять опекун. Он же наследовал средства в случае смерти Норы и девушки."
"Вся картина задуманного преступления развернулась перед моими глазами, и я ужаснулся чужой подлости.
Потом я убрал бумаги в сейф, постоял минуту у окна, вернулся в гостиную и набрал номер.
– Слушаю, – ответил мужчина.
– Позовите майора Воронова Максима Ивановича.
– У аппарата.
– Вас беспокоит Подушкин, секретарь…
– Очень хорошо вас помню, Иван Павлович, – перебил следователь.
– Максим, – сказал я, – мне нужен ваш совет и помощь. Я нашел убийцу.
– Жду, – коротко бросил милиционер, – не забудьте паспорт.
Вечером я позвонил Николетте и огорошил ее:
– Нора умерла.
– Боже, – ахнула матушка, – вот горе. Что теперь с нами будет! Ты потерял работу! Мы умрем с голоду!
В этом вся Николетта. Первая мысль у нее о себе.
– Нет, – твердо сказал я, – Нора позаботилась о нас.
– Как, – опять ахнула Николетта, – не может быть!
– Может!
– Но ты должен сейчас же ко мне приехать, – закричала матушка, – немедленно!
– Нет.
– Почему?
– Не могу.
– Тогда я к тебе.
– Слушай, Николетта, – процедил я, – сейчас я ухожу из дома, буду весь день в бегах, вернусь поздно ночью, сама понимаешь, хлопот по горло: похороны, поминки. В квартире никого не будет, я даже прислугу отпустил.
Не слушая ее возражений, я отсоединился, но через пять минут перезвонил. Было занято. Через десять минут тоже, и через двадцать, и через час.
Я ухмыльнулся. Что ж, мы с Максимом рассчитали правильно, матушка делится невероятной новостью со знакомыми. Итак, капкан поставлен, будем ждать добычу.
Задернув тщательно шторы, чтобы на улицу не пробился ни один луч света, я сел в кресло, зажег торшер и начал читать Дика Фрэнсиса. Звук ключа, поворачивающегося в замке, я услышал около семи вечера.
Быстро потушив лампу, я юркнул за занавеску. Сначала было тихо, потом послышались осторожные шаги. Некто выдвинул ящик письменного стола, достал ключи, открыл сейф и зашуршал бумагами.
– Что вы ищете? – спросил я и вышел из-за занавески.
Незваный гость вздрогнул.
– Ваня! Ты?!
– Почему вас удивляет мое присутствие дома?
– Но… нет…
– Зачем вы открывали сейф?
– Я не открывал.
– Не врите.
