Эпилог
Лев Яковлевич Водовозов всю жизнь прожил как хотел. Ему везло. Он рано стал доктором наук, потом профессором. Не имея жены и детей (Рая, Рита и Ксюша не в счет), он все средства тратил только на себя любимого, баловал себя и обожал. Друзья и приятели уважали Льва Яковлевича, считали милым, интеллигентным мужчиной старомодного воспитания. О его с каждым годом все более молодеющих любовницах не знал никто. Богиня судьбы словно оберегала Водовозова, он не имел ни одного черного пятна на репутации. Сделала она ему и последний подарок.
"
"Водовозову не пришлось годами сидеть в Бутырском изоляторе, ожидая суда. Он недолго спал на жестких нарах в окружении не слишком приятных сокамерников. Избежал Лев Яковлевич и самого судебного разбирательства. Он не сидел в железной клетке, слушая показания свидетелей и разглядывая сквозь прутья тех, с кем совсем недавно играл в бридж. Нет, вечному баловню судьбы опять подфартило. Профессор скончался в самом начале заключения, просто умер от сердечного приступа, ночью, причем так мирно и тихо, что его сокамерники обнаружили труп только к обеду.
Естественно, дело закрыли, наше государство считает, что смерть списывает все, и не осуждает умерших.
Спустя несколько дней после кончины Водовозова по московским салонам, где только и делали, что обсуждали происшедшее с профессором, змеями поползли слухи. «Ах, – закатывали глаза дамы, – мы так и знали! Левушка не виноват. Честнейший, благороднейший человек! Его оклеветали, и вот он покончил с собой!»
Пару раз Николеттины подружки пытались узнать у меня правду, но я ловко увиливал в сторону.
Честно говоря, меньше всего хотелось вспоминать всю историю про хозяина «Ванильного зефира». Именно так: «хозяин „Ванильного зефира“», называю я его теперь. Язык не поворачивается сказать «Лев Яковлевич». С этим у именем у меня связаны самые теплые воспоминания: оловянные солдатики, тихий, ласковый смех и фраза: «Ваняша, не позволяй себя обижать». Конечно, я понимаю, что профессор совершил преступление, но… ничего не могу с собой поделать.
Льва Яковлевича Водовозова люблю до сих пор, а хозяин «Ванильного зефира» вызывает у меня омерзение. Иногда, ночью, когда лежу без сна, я задаю себе вопрос: стоило ли будить спящую собаку? Потом в голову приходит иная мысль: на что способен человек из-за денег? Как выяснилось, на многое. У меня была когда-то любовница, Лена Приходько, которая частенько говорила:
– Для меня лучшие цветы – деньги.
