Они не тянули с виду на насильников, маньяков, красивая и дорогая одежда, да она бы сочла их привлекательными, если бы не вся эта ситуация. А еще в них чувствовалась сила и власть.
Антон, наверно, ее потерял, при воспоминании о муже поморщилась, как от зубной боли. После того раза, в прихожей, на утро он снова захотел близости, а внутри уже что-то оборвалось, его прикосновения и ласки были так неприятны, что хотелось встать и уйти. Сейчас она понимает, что оборвалось не в тот вечера, а давно"
"Вика терпела, ведь Антон ее муж, все наладится, и это всего лишь секс, потом все вернется и будет как раньше.
Но Вика переоценила себя, когда Антон, смочив слюной пальцы, увлажнил практически сухое лоно, а потом вошел, стало совсем невыносимо. Хотелось вырваться, убежать, но она терпела, совершенно ничего не чувствуя. Нет, чувствовала, что ей противно и мерзко. А еще то, что ничего уже не будет, как раньше.
Проснулась резко, буквально за несколько секунд до того, как в номере открылась дверь. Было так темно, но вот зажегся тусклый свет, Вика открыла глаза, посмотрела на двух вошедших мужчин.
Фирсов остановился посередине номера, а Руслан, не глядя в ее сторону, прошел в ванную комнату.
Альберт, склонив голову, изучал девчонку. В крови еще кипел адреналин от хорошо прошедшей партии в покер, а еще от красивого, хоть и не долгого боя Руслана. Захотелось выпить еще, подошел к бару, плеснул в бокал коньяка, выпил залпом. Продолжая через зеркало смотреть на девушку.
– Хочешь выпить?
– Нет, я хочу уйти отсюда.
–Ты же пришла договориться о долге мужа. Что, уже передумала?
– Нет.
Альберт повернулся, девушка уже стояла рядом с кроватью, поправляя плащ, слегка растрепанная, моргала своими длинными ресницами. Хотелось уже сорвать с нее эту тряпку и посмотреть, что там под ним, просто задолбала она его.
– Итак, пятьдесят тысяч долларов по нынешнему курсу, если округлить, это около четырех миллионов рублей, сумма плевая для твоего мужа и его семьи.
Вика нахмурилась, пытаясь понять, о чем говорит этот мужчина.
Это огромные деньги, ее квартира стоит в два раза меньше, конечно, если продать машину Антона, то, может быть, и получится ее перекрыть.
– Слушай, ты вообще откуда? Не могу понять, ты такая наивная по сути или придуриваешься?
– Я не придуриваюсь, и я не наивная, я знаю лишь то, что сказал Антон, что вы кинули его и теперь требуете денег. Я лишь хочу договориться об отсрочке.
– Ты любишь его?
– Кого? – вопрос был настолько неожиданным, что Вика растерялась.
