Подхватив наполовину опустевшую сеть, он снова взлетел и взял прежний курс, причём летел заметно быстрее. А я глянула на оставшиеся внизу дары, потом на сетку.
— Не проще ли было оставить корову? — спросила, не особо надеясь на ответ.
— Её доить нужно, и козу тоже, — ответил дракон. Теперь натуги в его голосе не слышалось, похоже, он готов мне отвечать.
— А зачем тебе я?
— Корову доить, — в высоком голосе явно слышалась усмешка. — Надеюсь, умеешь?
— Конечно, — вопрос меня даже обидел. — Да я лет с восьми коров дою!
— Вот и отлично, — кивнул дракон.
Какое-то время мы летели молча, а потом я не выдержала.
— Дракон, а у тебя имя есть?
— Есть. Я — Керанир, — отозвался мой крылатый конь.
— Какое интересное имя — Керанир, никогда раньше такого не слышала. А я — Аэтель.
— У меня вполне обычное драконье имя, — отозвался Керанир. — Я вот, например, тоже имени Аэтель не встречал, так и что?
— Керанир, — я всё же решила попробовать, особо на удачу не надеясь. — А может, ты всё же вернёшь меня назад, а? Ну, правда, какой с меня прок?
— Нет, Аэтель, извини, но ты нам очень нужна, — вздохнул дракон.
— Я ведь взял лишь то, что люди мне сами предложили, не украл же. Тебя мне подарили, так что, теперь ты наша. Смирись.
— Ладно, — вздохнула в ответ. — Выбора-то всё равно нет.
— А ты хлеб печь умеешь? — поинтересовался дракон.
— Конечно.
— А белье стирать?
— Да я его каждый день стираю!
— А детей нянчить? Кашу варить, купать, спать укладывать…
— Носы сопливые вытирать, попки грязные мыть, — подхватила я.
— Всё умею. Я просто мастер по кашам, соплям и грязным попкам. У меня двенадцать младших братьев и сестёр, здесь хочешь-не хочешь, а научишься.
— Тогда мне очень удачный подарок достался, — удовлетворённо покивал дракон.
— Вот же влипла, — пробормотала я. — Керанир, ты меня что, насовсем забрал? Я домой вообще не вернусь?
— Насовсем? Нет, не думаю. Лет на десять, наверное, пока Нивена не подрастёт.
— Ой-ёй… — закручинилась я. — И кому я через десять лет нужна-то буду? Останется куковать в старых девах, у братьев в няньках-приживалках жить!
И я тихонько жалобно заскулила, скорбя о своей доле.
При этом сама себе удивлялась — когда дракон меня уносил, и не пикнула, хотя тогда ещё маячил шанс быть съеденной, а вот теперь вдруг расклеилась. Впрочем, едят-то быстро, а в няньках мне теперь всю жизнь быть. Может, не нужно было Годфриду синяк ставить? Потеряй я с ним девственность — не участвовала бы в жребии.
